Содержание
ТОП-10 книг русских авторов, популярных за рубежом
Россия известна не только водкой, балалайками, матрешками, космонавтами, но и великими писателями, о которых знает весь мир. Некоторые книги по праву считаются самыми лучшими в мире.
Переиздавать их перестанут не раньше, чем сломается последний на земле печатный станок, ведь это настоящая классика, знать которую обязан каждый, кто считает себя русским или любит русскую культуру.
Возможно, вас заинтересует статья 10 книг с самыми запутанными историями любви.
1. Анна Каренина, Лев Толстой (1877)
Роман о разрушительной любовной связи Анны с графом Вронским, которая неизбежно ведет их от первой головокружительной встречи на балу до изгнания Анны из общества и ужасного конца. Роман — шедевр трагической любви, относится к величайшим любовным романам всех времен.
В то же время Толстой уравновешивает историю страсти второй наполовину автобиографичной историей духовности Левина, что делает книгу еще более глубокой. Толстой очаровывает грехом Анны, затем воспитывает добродетелью Левина, который живет простыми человеческими ценностями (его брак с Кити, вера в Бога и хозяйство).
2. Война и мир, Лев Толстой (1869)
В этом эпическом романе, который вращается вокруг вторжения Наполеона в Россию в 1812, есть все.
Толстой как эксперт описывает панорамные батальные сцены, находит описания каждому отдельному чувству, ощущению сотни персонажей из всех слоев общества, а изображение князя Андрея, Наташи и Пьера, который борется с любовью и ищет правильный путь в жизни — все это делает эту книгу любимой.
3. Лолита, Владимир Набоков (1955)
«Лолита, свет моей жизни, огонь моих чресел. Мой грех, моя душа».
Так, начинает автор постыдный роман о Гумберте, человеке среднего возраста, который одержимо влюблен в двенадцатилетнюю «нимфетку», Долорес Гейз.
Он женится на матери девушки и когда та умирает, он становится отцом Лолиты. Набоков изображает любовь, власть и одержимость дерзким, шокирующим и одновременно забавным стилем.
4. Рассказы Антона Чехова (1860–1904)
Сын освобожденного русского крепостного, Антон Павлович Чехов стал врачом и между пациентами, которых он часто лечил бесплатно, писал современные короткие рассказы.
Чехов в своих рассказах размышлял о важности обыкновенных жизненных проблем, смешивая глубокое сострадание с творческой фантазией.
«Он по-прежнему великий учитель-целитель-мудрец», сказал Аллан Гурганус, изучая рассказы Чехова, которые «продолжают преследовать, вдохновлять и сбивать с толку».
5. Преступление и наказание, Федор Достоевский (1866)
В пик жары, летом в Санкт-Петербурге, бывший студент Раскольников совершает самое известное преступление литературы, убивает топором старуху процентщицу и ее сестру Лизавету. Далее, следует психологический «шахматный матч» между Раскольниковым и хитрым детективом, который толкает антигероя к искуплению грехов и признанию в содеянном.
Роман «Преступление и наказание» философский и психологический одновременно, здесь показывается свобода и сила, страдания и безумие, болезнь и судьба, а также давление современного урбанизированного мира на человеческую душу.
6. Братья Карамазовы, Федор Достоевский (1880)
В своем непревзойденном романе Достоевский описывает сложные духовные проблемы девятнадцатого века, через историю трех братьев и убийство их отца.
Гедонист Дмитрий, пытливый интеллектуал Иван и праведный Алеша воплотили различные философские позиции среди всего человечества.
Такие вопросы, как свобода воли, секуляризм, и уникальность судьбы России будут утверждать не через авторские полемики, а через исповедь, обличения, и кошмары самих персонажей.
Беспощадное изображение человеческого порока и слабости в конечном счете придает роману вид искупления. Страсть Достоевского, сомнение и образная власть, заставляют даже светский Запад его презирать.
7. Бледное пламя, Владимир Набоков (1962)
Текст книги включает в себя 999-строчную поэму убитого американского поэта Джона Шейда и комментарии Кинбота, ученого из страны Зембле. Набоков даже предоставляет оценку для этой игривой, провокационной поэтической истории, идентичности и безумия, которая полна до отказа намеками, трюками, и неподражаемой игрой слов автора.
8. Истории Исаака Бабеля (1894–1940)
«Позвольте мне закончить свою работу» — последние слова Бабеля перед казнью за измену по приказу Иосифа Сталина. Его работа хоть и была неполной, но основательной.
В дополнение к спектаклям и киносценариям, некоторые были произведены в сотрудничестве с Сергеем Эйзенштейном, Бабель сделал своим отличительным знаком «Одесские рассказы», которые фокусировались на бандитах из родного города, и еще более важным сочинением, «КонармиЯ».
Хаос, кровопролитие, и острый фатализм, доминирующий над взаимосвязанными историями, показанными на фоне польской кампании Красной армии во время Гражданской войны в России. Бабель — сам боевой ветеран.
Он показывает крайности войны на (частично на автобиографической основе) примере военного корреспондента-пропагандиста Кирила Лютова и жестоких неистовых казачьих солдат, которыми тот восхищается и одновременно боится.
Несколько рассказов в этом сборнике (в том числе «Письмо», «Мой первый гусь» и «Берестечко») предвидят более поздние достижения Хемингуэя, и подтверждают место Бабеля среди великих писателей-модернистов.
9. Мертвые души, Николай Гоголь (1842)
Это произведение, обозначенное Гоголем как «поэма», высмеивает амбиции Чичикова, который путешествует по стране, покупая «мертвые души» крепостных, числящихся по документам как живые.
В поэме высмеивается российская бюрократия, социальные ранги и крепостное право.
Мертвые Души также взлетают как портрет Гоголя «всей России», «Не так ли и ты, Русь, что бойкая необгонимая тройка, несешься?», перед которой другие страны «косясь, сторонятся и дают ей дорогу».
10. «Мастер и Маргарита» Михаила Булгакова (1966)
Булгаков выразил весь свой опыт сталинской цензуры в сюрреалистической басне с участием трех персонажей:
- безымянный автор Мастер, произведение которого отказываются публиковать,
- его самоотверженная замужняя любовница Маргарита,
- воплощение сатаны Воланд, одновременно организующий и интерпретирующий их судьбы.
Двусмысленность добра и зла горячо обсуждается в сложном сатирическом романе об угрозах искусству во враждебном материальном мире и его парадоксальном выживании (символизирует кульминационным утверждением, что «рукописи не горят»).
Русские писатели за границей
Познакомиться с культурой другой страны, вдохновиться на написание нового произведения или поправить здоровье — в разные годы русских писателей за границу вели разные цели. Их впечатления об одной и той же стране иногда очень отличались. Мы вспомнили приключения известных отечественных литераторов, которые сохранились в их путевых заметках, письмах и книгах.
Михаил Ломоносов: Германия
Николай Кисляков. Портрет Михаила Ломоносова. 1963. Историко-мемориальный музей М.В. Ломоносова
Михаил Ломоносов отправился в Германию в 1736 году, чтобы «усовершенствоваться в металлургии и прочих науках».
Вместе с двумя другими российскими студентами, Дмитрием Виноградовым и Густавом Рейзером, он четыре года учился в Марбурге, а затем перебрался во Фрайбург. Многие местные порядки для Ломоносова были незнакомыми и непонятными, а русских людей в Германии в то время было немного.
Барон Корф, который отправлял студентов на учебу, говорил: «Я наслышан, каковы нравы тамошних студентов, а поэтому бойтесь главных причин человеческой глупости — женщин, вина, табака и пива!..»
Обратите внимание
После строгости Духовной академии и Петербургского академического университета Ломоносов оказался в свободной атмосфере марбургского университета. Кутежи, драки, дуэли здесь были обычным делом. А шпага — таким же обязательным аксессуаром студента, как бархатная куртка и кружевная рубашка.
«Зело задиристы, — писал Ломоносов о немецких студентах, — то и дело пускают в ход кулаки, а то и шпаги». Обычно дружили и дрались учащиеся землячествами, поэтому поначалу трем русским приходилось нелегко.
Подражая немецким студентам, Ломоносов купил себе кафтан, камзол, парик и начал брать уроки фехтования и танцев.
Михаил Ломоносов восхищался просвещенными европейцами: «Во всех европейских государствах позволено в академиях обучаться… всякого звания людям, не выключая посадских и крестьянских детей.
А у нас в России при самом наук начинании уже сей источник регламентом по 24-му пункту заперт, где положенных в подушный оклад в университет принимать запрещается.
Будто бы сорок алтын столь великая и казне тяжелая была сумма, которой жаль потерять на приобретение ученого природного россиянина».
Ломоносов вернулся на родину в 1741 году. Через несколько лет при его участии был учрежден Московский университет, в котором могли учиться представители всех сословий.
Денис Фонвизин: Франция, Германия и Италия
Фридрих Брокгаузо. Портрет Дениса Фонвизина. 1893. Гравюра
Денис Фонвизин дважды ездил с супругой за границу на лечение. О своих впечатлениях он писал сестре Феодосии Аргамаковой, графу Никите Панину и дипломату Якову Булгакову. В первое путешествие писатель поехал во Францию в 1778 году. Вместе с женой он побывал во многих городах, но большую часть времени провел в Париже.
На родине Фонвизин привык к комфорту и чистоте. Первое, что он отметил, — грязь и смрад французских улиц: «При въезде в город ошибла нас мерзкая вонь, так что мы не могли уже никак усомниться, что приехали во Францию.
Словом, о чистоте не имеют здесь нигде ниже понятия: все изволят лить из окон на улицу, и кто не хочет задохнуться, тот, конечно, окна не отворяет».
Важно
Писателя поразила нищета простого люда и почти неиссякаемое богатство королевского дома.
Шестью годами позже Денис Фонвизин отправился в Германию. Он побывал в Лейпциге, Мемеле, Франкфурте, Нюрнберге. Писатель осматривал все достопримечательности, посещал музеи и картинные галереи.
Немецкие города в противовес Парижу были чистыми; знакомые писателя — аккуратными и педантичными, в их домах царил порядок.
Однако объездив всю Германию, он заключил: «Здесь во всем генерально хуже нашего… У нас все лучше и мы больше люди, нежели немцы».
Далее Фонвизин поехал в Италию. Первое впечатление у него было неприятное: после опрятных немецких гостиниц «неизреченная мерзость, вонь и сырость» выгоняли его из итальянских трактиров. Но неудобства не мешали Фонвизину наслаждаться красотами страны.
Во всех городах он бывал в древних церквях и соборах, рассматривал картины в музеях и частных коллекциях. Особенно поразила писателя столица: «Чем больше видим мы его [Рим], тем, кажется, больше смотреть остается».
Больше всего в поездке по Италии, да и в целом по Европе, путешественника занимали произведения искусства, которые он считал «сокровищем неизреченным».
Николай Гоголь: Италия
Фёдор Моллер. Портрет Николая Гоголя. 1841. Государственная Третьяковская галерея
Провал спектакля по комедии «Ревизор» Николай Гоголь счел «восстанием против него России». Потрясенный неудачей, в 1836 году он уехал в Европу «разгулять свою тоску».
За границей писатель пробыл с перерывами около 10 лет. Он жил в Германии, Швейцарии, Франции, но больше всего ему полюбилась Италия.
Здесь он изучал памятники архитектуры, посещал мастерские художников и картинные галереи, любовался народной жизнью и «угощал» Римом приезжих русских приятелей.
И все же Рим оставался для писателя реальным городом: с пыльными дорогами, съемными душными квартирами, шумными трактирами и при этом — с античными руинами на соседних улицах. Столица Италии, писал Гоголь, стала его второй родиной.
Пребывание в «прекрасном далеке», как называл он город, приносило ему душевный покой и вдохновение: «Как будто с целью всемогущая рука Промысла бросила меня под сверкающее небо Италии, чтобы я забыл о горе, о людях, о всем и весь впился в ее роскошные красы.
Она заменила мне все. Я весел».
В Риме писатель закончил «Мертвые души». Однако через несколько лет жизни за рубежом он решил, что писать о России нужно все-таки в России. В 1848 году Николай Гоголь отплыл в Палестину, оттуда — в Константинополь, а потом в Одессу. Он окончательно вернулся в Россию.
Иван Гончаров: кругосветное путешествие
Иван Крамской. Портрет Ивана Гончарова. 1874. Государственная Третьяковская галерея
В 1852 году Иван Гончаров отправился в кругосветное путешествие.
Для писателя это плавание было служебной командировкой: его назначили секретарем адмирала Евфимия Путятина. Экспедиция должна была наладить политические и торговые отношения с Японией.
За три года путешествия в составе экспедиции Гончаров объехал три континента и не меньше десятка стран. Итогом его поездки стала книга «Фрегат «Паллада».
В двухтомном сочинении слова «Япония», «японцы» и «японский» упоминаются около 500 раз. Производных от слова «Англия» — на 100 больше. В те годы именно Британия правила морями — благодаря своим колониям.
Совет
Везде русские путешественники встречали английских коммерсантов и чиновников, английские гостиницы и товары. Даже в Южном полушарии, «у самого подножия горы лежат домов до сорока английской постройки; между ними видны две церкви, протестантская и католическая.
У адмиралтейства английский солдат стоит на часах, в заливе качается английская же эскадра».
Англия для Ивана Гончарова — «всемирный рынок с картиной суеты и движения, с колоритом дыма, угля, пара и копоти».
В своем путевом дневнике писатель рассказывал об успехах англичан в промышленности и торговли, но его не пленила жизнь в этой стране.
В Англии Гончаров пришел к убеждению, что материальный и технический прогресс подавил духовность и стремления в человеке, превратив его в механизм.
Даже о Британском музее Иван Гончаров поначалу неблагосклонно отозвался, хотя и признал позже его «огромной сокровищницей», в которой даже зевака что-нибудь узнает.
Зато по местному зоопарку писатель гулял с удовольствием — здесь он наблюдал не за музейными чучелами, а настоящими животными в естественной среде.
К тому же в этой прогулке было «предоставлено полное право наслаждаться сознанием, что он «царь творения».
Федор Достоевский: Швейцария
Василий Перов. Портрет Федора Достоевского. 1872. Государственная Третьяковская галерея
Федор Достоевский выезжал за границу восемь раз, прожив там в общей сложности около пяти с половиной лет.
Первые две поездки, в 1862 и 1863 году, были больше туристическими: писатель хотел увидеть «страну святых чудес», посетить известные из литературы города и оценить шедевры европейской культуры.
Достоевский побывал в Германии, Франции, Англии, Швейцарии, Италии и Австрии.
Следующая поездка Достоевского в Европу была вынужденной — в 1867 году вместе со своей супругой он отправился «месяца на три» за границу, скрываясь от кредиторов.
Обратите внимание
Но из-за отсутствия денег на обратный путь они вынуждены были остаться здесь на четыре года. Это время писатель сравнивал со своим четырехлетним пребыванием на каторге.
Молодожены посетили Вильно, Дрезден, Баден-Баден, Базель и, наконец, приехали в швейцарскую Женеву.
Но дело было не только в климате, все раздражало Достоевского в Женеве: «И как здесь грустно, как здесь мрачно. И какие здесь самодовольные хвастунишки! Ведь это черта особенной глупости быть так всем довольным. Все здесь гадко, гнило, все здесь дорого. Все здесь пьяно! Стольких буянов и крикливых пьяниц даже в Лондоне нет».
Единственное, чем любовался Достоевский в Швейцарии, — местная природа. Он писал: «Женева на Женевском озере. Озеро удивительно, берега живописны… и во сне не увидите ничего подобного». Утешение литератор находил также в том, что ему удалось сосредоточиться на работе. В Женеве он написал «Игрока» и начал работать над романом «Идиот». В 1871 году Достоевский вернулся в Россию.
В 1870-е годы писатель посещал Европу четыре раза по рекомендации петербургских врачей — он ездил в Германию лечиться эмскими водами.
Илья Ильф и Евгений Петров: Америка
Илья Ильф и Евгений Петров. Фотография: roslit.com
В 1935 году Илья Ильф и Евгений Петров отправились в Америку в качестве корреспондентов газеты «Правда».
Их путешествие длилось почти четыре месяца: за это время журналисты объездили 25 штатов, видели мегаполисы, небольшие городки и индейские резервации.
Все свои наблюдения и впечатления они записывали в дневники, а Ильф делал репортажные фотографии.
Сначала Ильф и Петров прибыли в Нью-Йорк — здесь они провели почти месяц. Писатели побывали на большой выставке Ван Гога и опере «Порги и Бесс» Джорджа Гершвина, видели боксерский поединок в Медисон-сквер-гарден и посетили тюрьму Синг-Синг.
Город, как позже и вся Америка, поразил корреспондентов контрастами: «Набережная густо утыкана небоскребами и тут же рядом, буквально в двух шагах, идут ужасные, мрачные, темные улицы.
Обе стороны медали почти одновременно предстают глазам путешественника».
Кулинарными изысками Америка путешественников не тронула, разве что рациональным устройством общепита. Обед писателей обычно начинался с дыни, местный хлеб им казался безвкусным, а черный кофе обязательно подавали перед сладким. Для большинства американцев существовали только дешевые закусочные «Чайльдз».
Американские города были полны автомобилей, световой рекламы и суеты.
Важно
Когда Ильф и Петров вернулись в Россию, заметки о США стали появляться в виде статей в «Правде» и фотоочерков в «Огоньке». А позже писатели выпустили книгу «Одноэтажная Америка».
Как продать Россию
7 июня закончилась Нью-Йоркская книжная ярмарка — крупнейший книжный форум США. В этом году в ней участвовала большая российская делегация, наш стенд посетили больше 20 тысяч человек.
Как это повлияет на популярность отечественной литературы в США, говорить пока рано: книжный рынок инертен, и последствия заключенных сейчас сделок по правам на перевод и издание наших авторов будут видны в лучшем случае через год.
Но у современной русской литературы есть примеры успеха за рубежом — как в США, так и в Западной Европе
Проверка заграничным читателем — важное испытание не только для конкретного писателя, но и для всей русской культуры. Успех или неуспех отечественных книг за рубежом говорит о том, насколько мы конкурентоспособны в плане идей: насколько смыслы, которые производит наша культура сегодня, востребованы и влиятельны в мире.
Успех писателя за границей зависит в первую очередь от перевода, но не только.
Скажем, в Германии еще со времен ГДР сохранилась хорошая школа переводчиков с русского, издательства традиционно интересуются русской прозой, а Лейпцигская книжная ярмарка всегда была воротами на Запад для всей восточноевропейской литературы. Так что для русских писателей успех в Германии может способствовать и успеху на других рынках.
В целом же помимо переводческой и издательской конъюнктуры востребованность автора за рубежом зависит от того, что именно, кому и о ком он рассказывает. То есть в конечном счете от того образа своей страны и себя, который он «продает» иностранцам.
01. Полина Дашкова
Что продает
Нормальную Россию для нормальных людей
Где особенно успешна
В Германии
Результат
Свыше миллиона проданных экземпляров
История успеха
Полина Дашкова — самый популярный современный русскоязычный автор в Германии: ее детективные романы там переводятся с начала 2000-х годов. Немецкие издатели объясняют успех Дашковой удачным сочетанием нескольких факторов.
С одной стороны, интерес к русской теме, и в частности к русскоязычной прозе, в Германии всегда сохранялся.
С другой — в 90-е там знали лишь классику вроде Достоевского или экспериментальные постмодернистские вещи вроде текстов Владимира Сорокина, который пользовался большой популярностью в университетских и академических кругах.
Совет
Но и Сорокин, и Достоевский мало что могли рассказать неподготовленному читателю о жизни в современной России.
Дашкова, пишущая в жанре «интеллигентного детектива», без чернухи и гламура, оказалась очень кстати: это качественная массовая литература, рассказывающая о сегодняшней русской жизни все, что немцы хотят знать, но не знают, у кого спросить.
Холодноватый стиль Дашковой, которая всегда описывает своих персонажей несколько отстраненно, тоже оказался близок немецким читателям.
При этом в каждой книге есть сюжет и интрига, что выгодно отличает тексты Дашковой от основной массы женской «как бы детективной» литературы. В результате романы Дашковой оценили как простые читатели, так и эксперты: в 2006 году она получила премию Бременского радио для авторов детективной и остросюжетной прозы.
02. Дмитрий Глуховский
Что продает
Рецепт выживания в постапокалиптическом мире
Где особенно успешен
В Германии
Результат
Свыше 250 тыс. проданных экземпляров
История успеха
Роман «Метро 2033» разошелся в Германии тиражом более 150 тыс. экземпляров, а вместе с «Метро 2034» было продано четверть миллиона книг дилогии. Действие обеих книг разворачивается в Москве, где выжившие после ядерной войны остатки населения спрятались в метро и основали там десяток воюющих между собой государств, но истории Глуховского вполне интернациональные.
И дело не в том, что немцам интересна тема метро (в Германии туннельный транспорт имеется не только в крупных городах вроде Берлина или Мюнхена, но и в средних вроде Билефельда), а в том, что «Метро-2033» — классический роман взросления, а «Метро-2034» — красивая сказка про любовь и ненависть на фоне чудовищ и эпидемий.
Тяга европейцев к эсхатологии в новейшее время вылилась в популярность антиутопий и книг о гибели земной цивилизации.
Глуховский, несколько лет живший в Европе, удачно попал в этот мировой тренд с достойным попкультурным продуктом, преодолев всегдашнюю русскоцентричность отечественной литературы: он рассказывает о мире, в котором национальные границы не так важны, как борьба за выживание в целом.
03. Гарри Штейнгарт
Что продает
Коктейль из советской сатиры и американского сортирного юмора
Где особенно успешен
В США и Великобритании
Результат
Получил ряд престижных премий
История успеха
Американский книжный рынок во многом сфокусирован на американских сюжетах и проблемах, переводные книги в США не пользуются особой популярностью. Чтобы добиться там успеха, нужно писать по-английски и предлагать читателям либо сугубо американские, либо очень необычные истории, но при этом связанные с Америкой.
Гари Штейнгарт родился в Ленинграде в 1972 году, в семилетнем возрасте оказался в США, свои книги пишет на английском языке, но прекрасно говорит по-русски. Однако важнее то, что он объединяет отечественную и современную американскую традиции юмора. То есть берет лучшее от Ильфа и Петрова и от «Южного Парка» и «Бората».
Первая книга Штейнгарта, «Приключения русского дебютанта», вышла в 2003 году и удостоилась премии Стивена Крейна. Вторая, «Абсурдистан», вышла в 2006-м, стала бестселлером и одной из главных книг года по версии газеты The New York Times и журнала Time.
Наконец, третий роман Штейнгарта, «Очень грустная история любви», вышел в 2010 году и получил престижную премию Вудхауза как самая смешная книга года.
Штейнгарт активно эксплуатирует свое российское происхождение. Герои всех его книг — русские евреи, живущие в Америке, в их внутреннем мире постоянно сталкиваются американское и русско-советское и идет бесконечный поиск самоидентификации.
Самый известный роман Штейнгарта, «Абсурдистан», — история сына одного из богатейших людей России, который долго жил в Америке, а теперь не может вернуться в Нью-Йорк из России из-за проблем с визой.
Ему предлагают сделку: он должен поехать в Абсурдистан (усредненный образ закавказских и среднеазиатских бывших советских республик), и там сделать что-то полезное — тогда он сможет вернуться в любимую Америку.
Обратите внимание
Россия описана без прикрас, но еще больше ядовитой сатиры досталось Абсурдистану. У нас на книгу обиделись, хотя язвительности, с которой Штейнгарт описывает страну, местами явно напоминающую Грузию Саакашвили, могли бы позавидовать даже журналисты «Первого канала».
Интересно, что Штейнгарт продает американцам и европейцам как свойственную нам иронию в отношении своей страны, так и имперское пренебрежение по отношению к бывшим своим, но отсоединившимся провинциям.
И продает успешно — The New York Times сообщает, что в 2010 году Штейнгарт приобрел себе квартиру на Манхэттене стоимостью 1,175 млн долларов, хотя в отличие от своего героя и не является «сыном одного из богатейших людей России».
04. Николай Лилин
Что продает
Настоящую «клюкву»
Где особенно успешен
В Италии
Результат
Суммарный тираж по всему миру — свыше 500 тыс. экземпляров
История успеха
Она может показаться дурным анекдотом. В Италии пользуется безумной популярностью роман под названием «Сибирское воспитание», который повествует о древнем и благородном сибирском племени урок, которых злой Сталин в 30-е годы выслал из милой им Сибири в Приднестровье.
В книге подробно описываются обычаи и традиции урок: как они расправляются с предателями и ментами, как не сдают своих, как делают себе татуировки — в общем, этакий Кустурица в гостях у Никиты Михалкова.
И вот уже Италия, а за ней и носители сорока других языков зачитываются похождениями урок, вот уже снимается фильм с Джоном Малковичем в главной роли, а сам Николай Лилин, брутальный мужчина с татуировками и бурной биографией (война в Чечне и приднестровская тюрьма), дает брутальные интервью.
История успеха Лилина — эталонный пример того, как надо продавать русскую тему. Это «клюква» как она есть. Лилин описывает суровый быт жестоких, но благородных дикарей. Именно таковы, с точки зрения многих доброжелательно настроенных, но не очень образованных иностранцев, граждане нашей страны, а уж обитатели Сибири тем более.
05. Людмила Улицкая
Что продает
Гуманизм по-русски
Где особенно успешна
В Германии
Результат
150 тыс. проданных экземпляров книги «Сквозная линия»
История успеха
Людмила Улицкая популярна не только в Германии, но успех «Сквозной линии» — наиболее яркий пример. Во Франции большинство ее книг расходится тиражами в 20 тыс. экземпляров, а в Венгрии, по словам представителя литагентства Elkost Юлии Добровольской, «все, что написала Улицкая, переведено и идет на ура, ежегодно продаются десятки тысяч экземпляров».
Кроме того, Улицкая — обладатель самой большой среди русских авторов коллекции международных премий: она лауреат французских премий Медичи и Симоны де Бовуар, итальянских премий «Пенне» и «Гринцане Кавур».
В каком-то смысле Улицкая — идеальный русский писатель на экспорт. Она описывает обычную русскую жизнь, но сочетает эти описания с гуманистической философией и общечеловеческими темами вроде жизни и смерти, памяти и любви.
Важно
Если читателей Дашковой такая сложность пугает, то для аудитории Улицкой, в том числе и иностранной, чтение таких текстов — элемент имиджа современного интеллектуала.
Кроме того, она попадает и в сильный мировой тренд интереса к женской истории: во многих ее книгах «большие» проблемы раскрываются именно через женские судьбы.
7 самых знаменитых русских эмигрантов
29 июня 1922 года Федор Шаляпин, отправившись в гастрольное турне, навсегда покинул Русскую землю. Вспоминаем 7 великих русских эмигрантов, чей отъезд стал серьезной потерей для России.
Эмиграция обрушивалась на Россию неоднократно. Кто-то покидал страну добровольно, кто-то становился изгнанником, вынужденный бегством спасать свою жизнь.
Большинство из них до конца дней сохраняли тонкие нити, связывающие их с Родиной, лелея мечту рано или поздно вернуться домой.
Федор Шаляпин — человек, оказавший огромное влияние на мировое оперное искусство, эмигрировал из страны 29 июня 1922 года. Официально – на очередные гастроли. Решение об эмиграции пришло не сразу. Однако уже по возвращению из вторых заграничных гастролей у Шаляпина появилось твердое намерение «осуществить мечту».
Проблема заключалась в том, что у семьи было мало шансов последовать за Федором Ивановичем. Для получения заветного разрешения он придумывает версию, будто своими гастролями демонстрирует «какие в «советах» живут и процветают артисты». В 1927 году Шаляпин пожертвовал все сборы от своего концерта детям эмигрантов. Этот жест на Родине расценивается как поддержка белогвардейцев.
24 августа этого же года он лишается звания Народного артиста и права когда-либо вернуться в СССР.
Выдающийся авиаконструктор Игорь Сикорский создал на Родине первые в мире четырехмоторные самолеты «Русский витязь» и «Илья Муромец». Отец Сикорского придерживался монархических взглядов и был русским патриотом.
Из-за угрозы собственной жизни авиаконструктор эмигрировал сначала в Европу, но, не увидев возможностей для развития авиации, принял решение об эмиграции в 1919 году в США. Будучи на Родине состоятельным человеком, он вынужден был начать в Америке все с нуля.
Сикорский основал «Сикорски аэро инжиниринг».
До 1939 года авиаконструктор создал более 15 типов самолетов, в том числе «Американский клипер», а также ряд моделей вертолетов, в том числе VS-300 с одним несущим винтом и небольшим хвостовым винтом, по принципу которого сегодня строится 90% вертолетов в мире. Первый полет на новом аппарате Сикорский всегда осуществлял сам.
Иван Бунин какое-то время пытался «убежать» от большевиков в родной стране.
Он считал, что «дом, населенный могучим семейством, освященный богопочитанием, памятью о прошлом» разорили и превратили в кошмарно-кровавый балаган под руководством «выродка и нравственного идиота от рождения» Ленина.
Совет
В 1919 году он переезжает из красной Москвы в не занятую Одессу, и только в 1920 году при подходе Красной Армии к городу он переезжает в Париж.
Во Франции Бунин напишет свои лучшие произведения: «Митина любовь», цикл рассказов «Темные аллеи» и, наконец, автобиографический роман «Жизнь Арсеньева». В 1933 году Ивану Бунину, человеку без гражданства, будет вручена Нобелевская премия по литературе с официальной формулировкой «за строгое мастерство, с которым он развивает традиции русской классической прозы».
Основоположник абстракционизма, основатель группы «Синий всадник» Василий Кандинский покидает Москву в 1921 году по причине несогласия с отношением страны «советов» к искусству.
В Берлине он преподает живопись и становится видным теоретиком школы «Баухауз», теоретические посылки которой сводятся к понятию «функционализма». Вскоре он получает мировое признание как один из лидеров абстрактного искусства. В 1939 году он бежит от нацистов в Париж, где получает французское гражданство.
С 2007 года в России ежегодно вручается Премия Кандинского за новаторство, оказавшее влияние на ситуацию в современном российском искусстве.
Имя Алексея Бродовича практически неизвестно в России. В мировой же индустрии глянцевых журналов, рекламы, графического дизайна модной фотографии Бродович является такой же культовой фигурой, как, скажем, Эйзенштейн для кинематографа. А, может быть, даже больше. Когда Алексею исполнилось 16 лет, он, ничего не сказав родителям, отправился воевать на Первую мировую.
Правда, с фронта беглец был возвращен домой и был отправлен изучать военную науку в кавалерийское училище. Однако революция 1917 года не позволило Бродовичу развить карьеру кавалериста: в 1920 году он вместе с семьей эмигрирует во Францию, где реализуется совсем в неожиданном качестве — как художник.
В 1924 году он выиграл конкурс на лучший дизайн афиши благотворительного бала, обойдя самого Пабло Пикассо. Это становится путевкой в жизни для бывшего кавалериста. Спустя всего несколько лет Алексей Бродович становится одним из самых авторитетных дизайнеров и фотографов в Европе, изменившим подход как к дизайну, так и к фотографии.
Обратите внимание
Он переезжает в США, где становится арт-директором знаменитого модного журнала Harper's Baazar, в котором он сделал настоящую революцию в дизайне рекламы и глянцевых журналов.
Как писал сам Николай Бердяев в своих воспоминаниях, на его долю философа выпало слишком много событий. Бердяев пережил три войны, две российских революции, духовный ренессанс начала века, русский коммунизм, мировой культурный кризис, но более тяжелым испытанием стали для него трансформации, приспособления и измены людей.
Он четыре раза оказывался в тюрьме, при этом два раза при старом режиме и два – при новом, провел в сибирской ссылке 3 года, пережил процесс, который грозил ему вечным поселением в Сибири и в итоге – был выслан с Родины в 1922 году. Следователь предупредил: если появитесь на границе СССР, будете расстреляны.
В эмиграции Бердяев написал самые известные свои работы «Смысл истории», «Философия свободного духа», «О назначении человека» и ряд других.
Русский композитор, пианист-виртуоз Сергей Рахманинов эмигрировал из страны вскоре после революции 1917 года, воспользовавшись неожиданным приглашением дать ряд концертов в Стокгольме. За рубежом Рахманинов создал 6 произведений, которые явили собой вершину русской и мировой классики.
Он создал свой исключительный стиль, в который гармонично слились традиции русской музыки и джаз, древнерусский знаменный распев и «ресторанная» эстрада 30-х годов, виртуозность стиля конца позапрошлого века и жесткий авангард. Произведения зарубежного периода отличает наполненность философским звучанием: абсурдностью, жестокостью бытия в современном мире и утратой духовности.
Он впервые вывел русскую фортепианную школу на мировой уровень, а его произведения входят в репертуар ведущих пианистов мира.
Фаина Шатрова
Какие русские писатели пользуются популярностью за рубежом
Это большая честь для любого писателя, когда его читают не только на родине, но и за рубежом. На полках книжных магазинов сегодня можно видеть множество иностранной литературы с пометкой «Бестселлер», и тут же возникает вопрос: а популярна ли русская литература за рубежом, и кто именно больше всего полюбился иностранному читателю?
Оказывается, что в Европе и США имена русских писателей не менее узнаваемы, чем имена отечественных. Многие из русских гениев даже пользуются огромной популярностью за пределами России.
Многие наверняка знакомы с дилогией Дмитрия Глуховского «Метро».
Оба произведения дилогии буквально стали сенсацией в мире современной отечественной литературы. А позже оказалось, что история о масштабной трагедии, вызванной ядерной войной в Москве, которая заставила выживших прятаться в метро и вести борьбу за «господство в новом мире», вызвала немалый фурор в Германии.
Там с успехом было продано более четверти миллиона экземпляров «Метро 2033» и «Метро 2034».
Однако германский читатель предпочитает не только истории о выживании в постапокалиптическом мире Глуховского, но и детективы Полины Дашковой, которые могут во всех красках расписать ему жизнь современного русского народа. Книги нашей соотечественницы продаются в Германии с 2000-х годов.
Уже есть свыше миллиона проданных экземпляров.
С тем же удовольствием в Германии читают романы Людмилы Улицкой. Ее особо успешный роман «Сквозная линия» разошелся объемом в 150 тысяч экземпляров.
Наверно, больше всего зарубежного читателя в произведениях Улицкой цепляют ее общечеловеческие темы и гуманистическая философия, с которой она относится к ним. Поразительно, как через женские судьбы, описываемые в ее произведениях, решаются наиболее острые проблемы.
Кроме того, Людмила Улицкая популярна не только в Германии: ежегодно в Венгрии продается свыше десяти тысяч экземпляров ее произведений, а во Франции – свыше двадцати тысяч.
Важно
Другой русский писатель, Николай Лилин, кажется, навсегда завоевал Италию и сердца ее читателей своим произведением «Сибирское воспитание», в котором описывает трагическую судьбу сибирского племени урок, обреченное на жизнь на чужбине жестоким и неумолимым Сталином в далеких 30-х годах прошлого века.
В 2013-ом году итальянский режиссер Габриэле Сальваторес снял по произведению одноименный фильм с Джоном Малковичем в главной роли.
Нельзя не сказать, что русская классическая литература имела гораздо больший успех в зарубежье, чем современная сегодня. Так, Л.Н. Толстой, М.А. Булгаков, Б.Л. Пастернак, Ф.М. Достоевский, А.П.
Чехов и произведения этих литературных гениев, как и многих других русских писателей, до сих пор остаются в сердцах миллионов зарубежных читателей.
Распечатать
Какие русские писатели пользуются популярностью за рубежом
Почему современные российские писатели не могут пробиться на Запад
Русские писатели зачастили во Францию.
Сначала в рамках года России наша страна была специальным гостем на Парижской книжной ярмарке, а недавно переведённые на французский книги Владимира Сорокина, Бориса Акунина, Андрея Геласимова, Юрия Буйды, Павла Санаева, Захара Прилепина и Николая Маслова представляли на фестивале в городе Сен-Мало. Но большинству европейских читателей современная русская литература по-прежнему неизвестна. Почему так происходит и что же нужно сделать российскому писателю, чтобы прославиться за рубежом, попытался выяснить корреспондент «Нашей Версии».
В нашей стране книжный рынок уже давно достиг определённых высот, но на международный уровень мы так и не вышли. Российские писатели хоть и печатаются на Западе, но мировой славы Дэна Брауна или Джоан Роулинг так и не достигли.
До сих пор на Западе мы в первую очередь известны классиками: Толстой и Достоевский переиздаются в Европе и Америке постоянно, и интерес к ним не ослабевает. Лишь около 50 отечественных авторов регулярно публикуются за пределами России и стран бывшего СССР.
И даже те, кто получил признание за рубежом, о миллионных тиражах могут лишь мечтать. Книги самых известных из них – Акунина, Дашковой, Марининой, Пелевина, Лукьяненко, Радзинского, Сорокина, Улицкой – мировыми бестселлерами так и не стали.
Не удаётся пробиться на самую вершину и русским писателям, давно живущим за границей, таким как Михаил Шишкин, хотя и работают они там с профессионалами, отлично разбирающимися в законах книжного рынка.
Не только некоторые эксперты, но и руководители многих российских издательств считают, что международный рынок для нас – дело не столь нужное и важное.
Продвижением произведений наших писателей за рубеж необходимо специально заниматься: это требует достаточно существенных затрат и при этом не сулит особой отдачи. «Издательства вообще с этим не работают, – объяснил гендиректор издательства «Росмэн» Михаил Маркоткин, – у нас нет на это никаких прав.
Совет
Сегодня мы продвигаем одного автора, а завтра ищем другого – на этом наша роль заканчивается. Для нас благотворительность – продвинуть автора на западный рынок, мы на этом денег не можем заработать».
«Мы встречаемся с зарубежными партнёрами, ищем пути для сотрудничества, – рассказывает генеральный директор издательства «Эксмо» Олег Новиков. – К сожалению, на западный рынок наши книги движутся с трудом.
Из современных писателей зарубежных партнёров привлекают Эдвард Радзинский, Виктор Пелевин, Александра Маринина. Маринина – пока последний серьёзный прорыв. Мы продаём какие-то права в Восточную Европу, Италию, Испанию, но пока никто из наших авторов особо популярным там не стал. Это ведь зависит не столько от нас, сколько от их издательств, читателей».
Конечно, хорошая, талантливая книга будет интересна всем независимо от того, где она создавалась. Но у тех, кто пишет по-немецки, по-французски и тем более по-английски, заведомое преимущество.
Успех на самых ёмких и привлекательных рынках – Великобритании, США, Франции, Германии – доказывает, что книга «пошла» и скорее всего будет продаваться везде.
Нашим писателям доказывать свою состоятельность гораздо сложнее, тем более что .
Если продвижением книги за рубеж не занимается опубликовавшее её на русском языке издательство, этим может заняться литагент.
В России эта профессия до сих пор кажется экзотической, и лишь немногие тесно сотрудничают со специализированными агентствами или имеют личных агентов. Но на мировом книжном рынке люди, занимающиеся именно покупкой и продажей авторских прав, – фигуры ключевые.
У них налажены связи с издательствами, переводчиками, прессой. Мировой успех далеко не всегда определяется популярностью произведения на родине, особенно когда речь идёт о писателях из стран Азии, Африки, Латинской Америки или бывшего Советского Союза.
Переводить и издавать их достаточно рискованно и литагентам приходится прикладывать немало усилий, чтобы доказать коммерческую выгоду «проекта» или его «гуманитарную» пользу.
«Перед тем как иностранные издательства принимают решение о принятии к публикации произведения, проходит сложная бюрократическая процедура, – поделилась одна из основательниц литературного агентства «Гумен и Смирнова» Юлия Гумен. – Сначала – чтение произведения так называемыми ридерами, носителями и знатоками русского языка и литературы.
Обратите внимание
Ридеры готовят заключение по произведению, которое принимает во внимание издатель. Люди, которые выполняют эту работу, обычно очень требовательны к качеству текста с литературной точки зрения.
Поэтому некоторые книги, ставшие в России бестселлерами (например, произведения Оксаны Робски), за границей издать практически невозможно: ридеры не считают эти тексты достойными перевода».
И только потом за дело берутся переводчики. И тут возникает новая проблема. Перевод с русского языка удаётся не всегда. «Наш язык слишком специфичен.
Иногда бывает, что переводчик начинает переводить книгу и понимает, что не выходит. Теряется смысл, не хватает слов, – сетует генеральный директор агентства «ФТМ» Владимир Попов.
– Поэтому проще переводить детектив: «пришёл, достал пистолет, выстрелил».
Есть ещё вопрос дороговизны перевода: чем крупнее объём и сложнее текст, тем меньше шансов, что его купят. Так, кстати, было с писателем Алексеем Ивановым. «Сердце Пармы» и «Золото бунта» сначала не хотели переводить именно потому, что вложения очень велики, а доход вовсе не гарантирован.
Очень важна и тематика книги – она должна сразу привлекать зарубежных читателей, не слишком хорошо знакомых с российскими реалиями. Это доказывает пример Эдварда Радзинского, чьи произведения регулярно издаются достаточно приличными тиражами в Европе и США. Роман «Александр II.
Последний Великий царь» прочитал даже бывший президент США Джордж Буш-младший. «Мои романы, как правило, публикуются за рубежом, а уже потом в России, – подчёркивает он.
– Не скрою, мне очень важны всемирность книги, возможность увидеть, как её воспринимают читатели в Лондоне или в Нью-Йорке, и в России, конечно. В нашей стране сложно понять точные тиражи моих книг. Что касается Запада, там всё прозрачно, урегулировано, всё подсчитывается.
И я понимаю, почему западному читателю интересны мои романы. Эти книги не просто обычные биографии. Во-первых, это рассказ об охоте – о самой увлекательной в мире охоте за документами… Причём происходила она в стране величайшей секретности, каковой являлась до недавнего времени наша страна.
Важно
В этих книгах множество впервые опубликованных документов. И ещё, может быть, самое главное – это психологические портреты загадочнейших людей, их сокровенные тайны, которые они старательно оберегали, скрывали от Истории».
Популярностью на Западе пользуются и российские писатели, пишущие детективы и фантастику.
«В моих книгах нет ничего специфического русского, – считает Светлана Мартынчик, известная под псевдонимом Макс Фрай. – Именно это привлекло к моим романам американских издателей.
Ведь главное – рассказать читателю увлекательную историю – историю, которая будет понятна абсолютно всем вне зависимости от национальности».
Влияет на продажи и политика. Несколько лет назад на всю Европу прогремел сборник чеченских рассказов Аркадия Бабченко.
Он был опубликован на всех основных языках, включая английский (продать книгу для перевода в Англию и США считается большим успехом), и разошёлся огромным для такого издания тиражом – 50 тыс. экземпляров.
В России же творчество писателя почти никому не известно, лишь любители военной прозы и читатели толстых журналов могли ознакомиться с его творчеством.
«С течением времени всё изменится, – уверена Юлия Гумен. – Просто наш литературный процесс проходит примерно такую же эволюцию, как западный, только они здесь, как и во многих других областях культуры, ушли далеко вперёд, уже слив воедино массовую культуру и искусство.
Понятно, что и «высокое искусство», и совсем масскульт по-прежнему существуют и по отдельности, но при этом есть большая область пересечения, мейнстрим. У нас, к сожалению, это ещё очень тонкая прослойка, но если по такому пути пойдёт дальше (на что я лично, как и любой разумный человек, очень надеюсь), то будут востребованы романы западного образца.
Не в смысле имитации, а в смысле тематики: о семье, человеке, об истории про меня, про моего соседа и про то, что у него случилось с женой».
Русская литература глазами американских читателей
Если в США кто-то и не слышал о произведениях Льва Толстого, то узнал о гиганте русской литературы из читательского клуба знаменитой телеведущей Опры Уинфри.
Пять лет назад Опра назвала роман «Анна Каренина» «самой захватывающей историей любви», сразу сделав его абсолютным бестселлером по всей стране.
На протяжении десятков лет Толстой, Достоевский, Чехов, Тургенев и Солженицын остаются, пожалуй, самыми популярными русскими писателями среди американских читателей. Их произведения можно найти на книжных полках в одном ряду с мировыми классиками литературы.
Чем и кому интересна русская литература?
Совет
Известные американские литературоведы рассказали «Голосу Америки», почему русские писатели пользуются столь большой популярностью у американцев. Как оказалось, имена известных русских писателей у многих на слуху еще со школы.
Именно знание имен и является чаще всего основной причиной того, почему американские студенты выбирают для изучения курсы русской литературы. Причем интерес к русской литературе распространен не только среди студентов, изучающих литературоведение, но и среди историков, антропологов и политологов.
Часто известные имена русских писателей привлекают студентов далеких от гуманитарных наук, например, тех, кто специализируется в международном бизнесе и естественных науках. Многие студенты продолжают изучение русской литературы после первого ознакомления с ней, рассказывает профессор Радислав Лапушин из Университета Северной Каролины в Чапел Хилл.
Делясь своим опытом, профессор признается: «Меня всегда радует и удивляет, с какой непосредственностью, с каким живым интересом студенты подходят к изучению русской литературы. Для меня это лучшее подтверждение того, насколько она жива и необходима». Обычно американские студенты читают художественную литературу в переводе на английский язык.
Но те, кто всерьез изучают русский язык, переходят на оригиналы уже к третьему году обучения. Произведения Пушкина, Чехова и Маяковского считаются наиболее доступными для начинающих. С заинтересованными студентами профессор Лапушин продолжает изучение уже менее известных в США русских авторов, таких как Замятин, Булгаков, Бунин и Бабель.
«Русская литература становится частью их культурного багажа и внутреннего опыта», – говорит профессор о своих студентах. По словам профессора Ричарда Темпеста из университета Иллинойса в городе Урбана-Шампэйн, русские писатели, и в особенности Толстой и Достоевский, выполняют функции посланников доброй воли России в Америке.
Писатели создают героев, которые хотя зачастую и эксцентричны, олицетворяют типы людей, которых можно встретить как в России, так и в США. Оба автора также описывают ситуации и философские позиции, которые резонируют с сегодняшними реалиями в Америке.
Тем самым, русские писатели непроизвольно завлекают американского читателя больше узнать об истории и культуре России. «Классический пример этому – роман «Анна Каренина, – считает Темпест. – Страдания детей в неблагополучном браке, различная степень близости матери и отца к детям – все это знакомо читателям, как в России, так и в США.
Судьба Карениной повторяется в разных культурах в разное время. Одинаковые проблемы в отношениях между женщиной и мужчиной из аристократической России 19-го века актуальны в Америке и сегодня».
Обратите внимание
Далее, несмотря на то, что между Достоевским и США огромные временные и географические пространства, герои писателя отражают реальности разных уровней современной культуры общества в США. В героях романа «Бесы», например, студенты профессора Темпеста видят олицетворение некоего бесконечного образа внутренней агрессии, который присущ как русской революции прошлого века, так и террористической организации Аль-Кайде, и серийным убийцам, затворникам большого города, и мятежникам разных времен.
Одни герои, разный читатель
По словам американских литературоведов, многие студенты сначала с опаской относятся к роману «Война и мир» из-за его длины в тысячу страниц. Но после прочтения многие не хотят, чтобы история заканчивалась.
Объяснение этому, считает Темпест, состоит в том, что «герои Толстого настолько красиво описаны, настолько близки к реальности, – они зачастую кажутся более реальными, чем люди, которые окружают нас».
Но возникает вопрос, понимает ли американский читатель героев русских писателей также как и российский читатель? По словам профессора Лапушина, российские студенты приобщаются к Пушкину, Гоголю, Чехову и Толстому с самого раннего детства, «тогда как у многих американских студентов это знакомство происходит в более позднем возрасте, поэтому у них более свежий взгляд – больше непредвзятости, нет готовых формул и клише». Профессор Робин Миллер из Университета Брэндайс говорит: «Читая Анну Каренину, для многих студентов трудно понять, почему развод был настолько сложным процессом в России в 19-м веке. Или, читая Достоевского, у студентов возникает много вопросов о судебной системе России и почему автор осуждает суд присяжных. И это главное отличие русских писателей. Их герои способны затронуть внутренний мир людей из разных культур, они показывают, как история может отразиться на жизни людей повсюду, но, несмотря на испытания, эти герои выдерживают удары судьбы». Роман «Доктор Живаго» – еще один яркий пример того, как восприятие читателя иногда отличается в России и США, считает Ричард Темпест: «Для американского читателя роман описывает интересную историю любви талантливого доктора, который делит жизнь между двумя женщинами. Поэтому читателю интереснее эмоциональные переживания главного героя, нежели историко-политический контекст романа. Аналогичным образом, несмотря на то, что работы Солженицына отражают сложную сталинскую эпоху и период «холодной войны», эти истории привлекательны запоминающимися героями». Лайза Кнапп из Колумбийского университета считает, что чаще всего перед студентами стоит задача понять – в русской культуре рациональность поступков интерпретируется иначе. «Если на Западе все должно быть рациональным, то Толстой и Достоевский считают эмоциональный мир человека более важным, чем его рациональное поведение», – отмечает профессор Кнапп. Например, некоторым ее студентам было сложно понять причины самоубийства Анны Карениной в конце романа: «Молодые люди в Америке привыкли поступать рационально, но русская литература знакомит их с героями, которые больше доверяют своим чувствам, нежели разуму». Далее, студентам порой сложно найти объяснение понятию «соборность» в России, поскольку на Западе превалирует индивидуализм. По мнению Радислава Лапушина, именно такие «непонятные» моменты привлекают американских студентов и помогают им открыть что-то новое в себе самих.
Умом и сердцем…
Читая произведения русских писателей, студенты открывают для себя необычайную изобретательность в произведениях русской литературы. Профессор Миллер рассказывает, что студенты приходят на уроки русской литературы «с уже сформировавшимся представлением о «русской душе».
Это представление формулируется у студентов после чтения, например, английской писательницы Вирджинии Вулф, по словам которой «душа – это главный герой в русской художественной литературе».
«Поскольку в отличие от Европы цензура почти всегда присутствовала в России, слова и идеи имеют особое значение в русской литературе, – отмечает Робин Миллер, – поэтому русские авторы используют эзоповский язык, чтобы показать скрытые значения своих идей».
Для примера профессор Миллер призывает студентов прочитать любой отрывок из «Мертвых душ» Гоголя, чтобы прочувствовать язык романа. Через подобные эксперименты студенты понимают глубину эмоций гоголевских героев, но им сложно пересказать свои впечатления словами.
Великие философские и метафизические вопросы, которые задают герои русской литературы, зачастую напоминают студентам о собственных переживаниях. «Преступление и наказание», например, ассоциируется с жизнью некоторых студентов из неблагополучных семей, отмечает профессор Кнапп.
«Я, конечно, не говорю про убийства, – поясняет Лайза Кнапп, – но эпизоды схожие с семейной жизнью Мармеладова или сон Раскольникова о страдающей лошади, которой он не может помочь, подталкивают студентов задуматься о более широких вопросах гуманности». А профессор Миллер отмечает, что поскольку ее студенты примерно такого же возраста, как Аркадий из романа Тургенева «Отцы и дети», то читая роман, молодые американцы заинтригованы судьбами героев и тем, насколько их поступки напоминают современную жизнь.
