Содержание
Как прятали кремль от авиации фашистов
?amarok_man (amarok_man) wrote,
2016-02-27 15:56:00amarok_man
amarok_man
2016-02-27 15:56:00
В ночь с 21 на 22 июля 1941 года в небе Москвы появились самолеты со свастикой. Это был самый первый налет вражеской авиации на столицу. И самой первой их целью был Кремль, они сразу направились к центру, прямо в сердце города.
Но представьте себе растерянность немецких летчиков, которые, прилетев к Кремлю… не нашли его. Ни Кремля, ни Мавзолея, ни Красной площади. Огромная территория почти в 28 гектаров с двадцатью башнями, с сияющими куполами храмов и сверкающими звездами исчезла. Испарилась! На ее месте был обычный город — крыши домов, дороги. Ничего примечательного.
Сбитый Юнкерс. Москва, площадь Свердлова (Театральная), июль 1941 года.
Не заметить Кремль было невозможно: с высоты он имеет вид треугольника, это великолепный (увы) ориентир для пилотов, так же, как и театр Советской Армии, представлявший ту же опасность в военные годы.
Обратите внимание
Здание театра, выстроенное в форме звезды, стало тогда любимым ориентиром для фашистских самолетов – каждый из ее пяти лучей был направлен на один из московских вокзалов, бомбить которые не составляло труда.
Уже в июне 1941-го встал вопрос спасения столицы: было ясно, что Москву в ближайшее время начнут бомбить. Город окружили ПВО, подготовили бомбоубежища для жителей, светомаскировку, а вот что делать с памятниками архитектуры и, главное, с Кремлем, никто не знал.
Борис Иофан, Вера Мухина, 1936 год.
Уникальный план, спасший Москву от разрушения, предложил Борис Иофан – знаменитый архитектор, один из создателей памятника «Рабочий и колхозница», автор проекта Дома на набережной и Дворца Советов на месте Храма Христа Спасителя. Его идея была проста и гениальна: Кремль и самые ценные объекты надо было замаскировать. Скрыть с глаз, изменить до неузнаваемости.
Несмотря на абсурдность плана, времени на размышления не было. Разрисовывали вручную, в кратчайшие сроки. Перекрасили в темный цвет золотые купола храмов, на рубиновые звезды надели чехлы, а кремлевские стены замаскировали под жилые здания.
Женщины наносят маскировку на Манежную площадь в Москве. 1941 год. Фото М. Бурк-Уайт.
Мавзолей стилизовали под милый старомосковский особняк – накрыли его крышей с мезонином и дорисовали колонны. Самого великого квартиранта отправили спецпоездом в Тюмень – домой Ильич вернулся лишь весной 1945 года – как положено, «вечно живым» и невредимым.
Кроме «расписной» маскировки была еще и маскировка ложная — когда при помощи ложных объектов менялась планировка улиц, а с помощью маскировочных сеток — силуэты зданий. Несуществующие дороги, фальшивые мосты, дома-призраки — всё это появилось в Москве за считанные дни.
Закамуфлированное здание Большого театра. 1941 год. Фото А. Красавина.
Уже после первого налета было ясно — план работает. Гитлеровские летчики путались, «новая Москва» вводила их в ступор. Днем они прилетать не решались, ПВО работала блестяще, а вот ночами бомбили по нескольку часов, но бесцельно, наугад. Да и ночью было сложно — ослепляющие лучи прожекторов, непрекращающийся зенитный огонь, ложное освещение ложных объектов…
Достаточно сказать, что за четыре года войны Москву бомбили 141 раз, из них Кремль — всего восемь. Правда, в 1945-м возникла новая проблема — черная краска так вьелась в купола, что сделать ее снова златоглавой к Параду Победы не успели…
источник : http://moiarussia.ru/kak-pryatali-kreml-ot-aviatsii-fashistov/
Исчезновение Кремля
Во время Второй мировой войны, спасаясь от бомбардировок, немцы перекрасили все автобаны в черный цвет — так они были менее заметны с воздуха.
Летом 1941 года с похожей проблемой столкнулась и Москва — нужно было спасать город от налетов вражеской авиации.
Конечно, целиком город спрятать нереально, однако можно сбить противника с толку и заставить его сбросить бомбы совсем не туда, куда он планировал.
Важно
В сентябре 1941 года, началась битва за Москву. Но германские самолеты появились в московском небе намного раньше – в ночь с 21 на 22 июля. Понятно, что главной целью для вражеской авиации было самое сердце советской столицы – Кремль. И каково же было удивление немецких летчиков, когда ни Кремля, ни Мавзолея, ни Красной площади они не обнаружили!..
Казалось бы, куда могли исчезнуть 27,5 гектара территории, причем обнесенной высокими стенами и повсюду сверкающей золотыми куполами? К тому же Кремль с высоты выглядит неправильным треугольником и является отличным ориентиром для пилотов. А ведь, как оказалось, никакой мистики тут нет…
Фантастический план
Гитлеровцы вторглись на территорию Советского государства 22 июня.
Было ясно, что очень скоро тучи вражеских бомбардировщиков рванутся к Москве, а потому уже к середине июля Москву окружили плотным кольцом ПВО, а также привели в боевую готовность авиацию.
Несмотря на это, командование понимало, что на все 100 процентов отразить воздушные атаки не удастся: кое-какие самолеты все же прорвутся к столице.
Запад Москвы с борта немецкого самолета. Дым на снимке — горящие подъездные пути к Белорусскому вокзалу.
Для защиты населения подготовили бомбоубежища, обеспечили светомаскировку зданий и транспорта. Но как быть с важными стратегическими объектами, заводами, памятниками архитектуры, а также с Мавзолеем и Кремлем – символами страны? Как не допустить их разрушения?
Выход нашла группа архитекторов под руководством Бориса Михайловича Иофана. Он предложил попросту замаскировать Кремль, прилегающие к нему территории, да и остальные наиболее ценные объекты. Проект по тем временам выглядел просто фантастическим! Но размышлять было некогда – войска армий группы «Центр» рвались к Москве, и командованию пришлось согласиться.
Б.М. Иофан. Его план маскировки спас Москву от разрушения
В архиве сохранилась секретная записка от 26 июня 1941 года, в которой комендант Кремля генерал-майор Николай Спиридонов рекомендует Лаврентию Берии немедленно приступить к реализации плана Бориса Иофана.
Москва не златоглавая
Рассказывая о маскировке Кремля, невольно вспомнишь старый анекдот: «Пока враг разрабатывает стратегию наступления, советские солдаты вручную изменяют окружающий ландшафт и тем самым вводят противника в заблуждение». Именно этим и занялись наши военные.
Разработку проекта группа Иофана завершила к 14 июля. Предлагалось два варианта «исчезновения» Кремля: плоскостная и ложная маскировка. Первая предусматривала перекраску зданий и скрытие их наиболее приметных элементов.
Москвичи тут же взялись за работу: все старинные здания стилизовали под обычные дома, закрасили зеленые крыши, нанесли темную краску на позолоченные купола, сняли кресты, зачехлили звезды на башнях.
Совет
На кремлевских стенах нарисовали окна и двери, а зубцы покрыли фанерой, сымитировав крыши домов.
Вот так раскрасили площади перед Кремлям — с большой высоты создается полная иллюзия плотной городской застройки. на фото также хорошо видно, как покрасили «под дома» кремлевские стены
Все это осуществляли специально выделенные от каждого полка подразделения. На наиболее высоких зданиях, таких как колокольня Ивана Великого, работали альпинисты. Во время перекраски особо важных и ценных сооружений обязательно присутствовали архитекторы.
Вид на Кремль с Большого Москворецкого моста. Стену и башни замаскировали под жилые дома.
По второму варианту маскировки нужно было с помощью ложных объектов до неузнаваемости изменить планировку московских улиц. По всей Москве, и в особенности в окрестностях Кремля, появились здания-призраки, которыми «застроили» все площади и парки.
Здание Манежа в маскировочной окраске
Силуэты многих сооружений изменяли маскировочными сетками. Повсюду протянулись до этого не существующие дороги, а настоящие разрисовали так, чтобы сверху были видны «крыши домов». Так с воздуха выглядела и Красная площадь. А через Москву-реку перекинулся ложный мост.
Стену и башни замаскировали под жилые дома. Мавзолей так же был укрыт под бутафорским фанерным строением, на фото четко видны перекрашенные стены Кремля.
Кстати, несмотря на то что Мавзолей тоже стал «обычным городским зданием» – над ним вырос фанерный двухэтажный домик, – чтобы полностью уничтожить место упокоения вождя мирового пролетариата, достаточно было бы одного попадания бомбы. А потому еще 3 июля тело Ленина специальным поездом отправили в Тюмень. Обратно Ильич вернулся лишь 28 марта 1945 года.
Обратите внимание
На верхнем фото четко видна камуфляжная раскраска Сенатского дворца, а вот так она выглядела в цвете:
На картине Юоон изобразил те самые черные камуфляжные полосы, которые должны были имитировать переулки между домами. Для парада 1941 года фанерное строение над мавзолеем специально разобрали, а по его окончании сразу же собрали вновь.
Первый налет
Закончить маскировку до бомбардировок не успели. Первый налет случился в ночь с 21 на 22 июля – ровно через месяц после начала войны.
Около 10 часов вечера 220 самолетов люфтваффе (германских военно-воздушных сил) появились со стороны Смоленска.
Пилотировали их профессиональные летчики, получившие опыт прорыва через ПВО еще во время бомбардировок городов Западной Европы.
С высоты тысячи метров город выглядел совершенно иначе
Правда, пробиться к Москве оказалось гораздо сложнее – сквозь советский противовоздушный заслон удалось пройти лишь нескольким машинам.
О том, что маскировка сработала, говорит такой факт: на территорию Кремля упало лишь несколько бомб, да и то не причинивших серьезных повреждений.
Лишь один 250-килограммовый фугас угодил в Большой Кремлевский дворец – бомба пробила крышу и потолочное перекрытие Георгиевского зала, ударилась об пол, но не взорвалась.
Снимок 24 июля.
Всего же в Москве за время этого пятичасового налета рухнуло 37 зданий.
Убедившись в эффективности плана Иофана, командование постаралось как можно быстрее закончить маскировку. Уже 29 июля майор госбезопасности Н.С. Шпигов взлетел над Москвой на самолете «Дуглас» и, осмотрев территорию с высоты тысячи метров, остался доволен результатом.
Камуфляжная раскраска театра Красной Армии
Бой вслепую
Начиная с 22 июля, бомбардировки стали регулярными. Фашистские самолеты появлялись над Москвой, едва опускались сумерки, и бомбили до пяти-шести часов утра. Порой за одну ночь случалось по четыре-пять налетов. Из-за мощной противовоздушной обороны немцы не решались на дневные атаки, а в ночных условиях «перестроенная» Москва совершенно сбивала их с толку.
Бомбардировщики обычно двигались двумя волнами: первая сбрасывала зажигательные бомбы, а вторая – фугасные, целясь по освещенным первыми объектам. Понятно, что при такой видимости сложно определить, где настоящая цель, а где нет.
Так был замаскирован стадион Динамо — трибуны перекрашены, на поле высажены деревья
Важно
Конечно, летчики приспособились отличать кое-какие муляжи (например, нарисованные здания, в отличие от реальных, не отбрасывают тени). Но осветительные бомбы сбивались специально установленными для этого малокалиберными зенитными орудиями и пулеметами, пилотов слепили лучи прожекторов, пикировать приходилось под шквальным зенитным огнем, что делало воздушные атаки еще сложнее.
Так что большинство бомб сбрасывалось беспорядочно, а многие прицельные удары наносились по «призракам». Например, некоторые ложные объекты москвичи специально подсвечивали, создавая эффект ухудшенной светомаскировки, и немецкие бомбы летели именно туда.
Маскировка Большого театра
Парад в уцелевшей столице
Конечно, основная заслуга в отражении гитлеровских авианалетов принадлежит именно блестяще организованной противовоздушной обороне. Из 8600 бомбардировщиков, посланных на советскую столицу, цели достигло менее трех процентов, а 1392 самолета были уничтожены истребителями и зенитками.
И все же, 234 бомбардировщика смогли прорваться к Москве и сбросить 1610 фугасных бомб и около 100 тысяч зажигательных. Вот тут и помогла маскировка: примерно треть этого смертоносного груза попала в ложные цели. За девять месяцев бомбежек – с июля 1941-го по апрель 1942 года – пострадало лишь 19 небольших предприятий, а также 227 зданий (жилые дома, больницы, школы, театры).
Ночная бомбардировка немцами Кремля 26 июбля 1941 года. На фото видны трассы от снарядов зенитных орудий, защищающих столицу.
Если бы не план Иофана, разрушений было бы в разы больше. За войну Москву бомбили 141 раз, из них Кремль – восемь, да и то не причинив значительных повреждений.
Правда, в 1945-м у кремлевской комендатуры возникла серьезная проблема, как сделать Москву снова златоглавой, ведь за четыре года краска въелась в купола. Зато Парад Победы проходил в почти не пострадавшей Москве.
Парад на Красной площади 7 ноября 1941 года
Схема маскировки Московского Кремля в 1941 году
(кликабельно)
Приложение
Постановление ГКО «О создании службы маскировки при Московском совете»
№ 73 с. 9 июля 1941 г.1. Разрешить Московскому совету создать из архитекторов и художников службу маскировки наиболее важных объектов г. Москвы. Оплату работы этой службы произвести за счет бюджета Московского совета.2.
Обязать службу маскировки Московского совета обеспечить маскировку таких объектов, как оборонные заводы, водопроводные станции, Кремль, Центральный телеграф, нефтехранилища и городские мосты.3.
Совет
Обязать соответствующие наркоматы провести все необходимые работы по маскировке своих объектов по указаниям службы маскировки при Московском совете. Разрешить наркоматам и ведомствам тратить средства за счет общих капиталовложений на маскировку своих объектов.4.
Обязать Наркомат химической промышленности — т. Денисова выделить по заявке Московского совета необходимое количество красок для маскировки военных объектов.
5. Обязать Наркомат обороны оказать полное содействие службе маскировки в проведении маскировочных работ на важнейших объектах г. Москвы.
Зам. Председателя Государственного Комитета Обороны В. Молотов
Первую воздушную тревогу в Москве пришлось объявить уже на третий день войны. Но в начале немецкие асы летали только на разведку.
Кстати, для ориентировки шофёров в тёмное время суток на стенах в арках Спасских, Боровицких и Арсенальных ворот краской были нарисованы белые полосы. Через неделю после начала войны перестали играть куранты на Спасской башне.
К середине июля в кремлёвских зданиях закончили оклейку окон полосками материи крест-накрест.
Уже рассекречена переписка коменданта Кремля Спиридонова и Берии. В своем рапорте от 26 июня 1941 года комендант предложил два варианта маскировки Московского Кремля. Первый предусматривал снятие крестов, уничтожение блеска позолоченных глав кремлевских соборов.
Крыши и открытые фасады всех кремлевских зданий планировалось перекрасить таким образом, чтобы они выглядели как обычные дома.
Обратите внимание
Второй вариант отличается от него тем, что ложные городские кварталы должны были устраивать комбинацией различных макетов и через Москву-реку для дезориентирования наблюдателя противника устраивается ложный мост.
“Маскировка, — писал Спиридонов, — затруднит противнику при подлете отыскание Кремля на фоне Москвы и уменьшит возможность прицельного бомбометания с пикирования по отдельным зданиям Кремля”.
14 июля был готов проект, в котором использовали элементы обоих вариантов маскировок.
И уже 29 июля с самолета “Дуглас” замаскированный Кремль осмотрели советские чекисты во главе с майором госбезопасности Шпиговым и вынесли свой вердикт: “Окраска кремлевских стен и фасадов кремлевских зданий под перспективу города дает положительные результаты.
Немаскированные здания (корпус №1, Большой Кремлевский дворец, Иван Великий и пр.) резко выделяются и подлежат обязательной перекраске… Резко демаскирует Кремль Александровский сад, который необходимо застроить макетами, разрезать дорогами и тем самым уничтожить однотипный массив зелени…”
«…предлагал безотлагательно приступить к маскировке Московского Кремля и прилегающих к нему территорий. В документе предполагалось:— затруднить противнику при подлёте отыскание Кремля на фоне города Москвы;
— уменьшить возможность прицельного бомбометания с пикированием по отдельным зданиям Кремля.
К записке прилагался проект плана маскировки Московского Кремля, подготовленный группой академика архитектуры Бориса Иофана.
Хотя представленный план был утверждён только 14 июля 1941 года, фактически к работам приступили ещё 28 июня, а закончили их к 1 августа.
Маскировку Кремля проводило УКМ, прилегающих территорий и зданий (Красная площадь, ГУМ, Манеж) — Моссовет и соответствующие ведомства, занимавшие здания.
План маскировки Московского Кремля предусматривал два варианта действий.
Первый вариант — плоскостная имитация: в основном перекраска крыш и открытых фасадов всех кремлёвских зданий и стен для создания на них перспективного вида городских зданий, что стало немедленно реализовываться.
Кремлёвские звёзды выключили (впоследствии их закрыли деревянными щитами), замаскировали позолоченные купола при помощи декоративных мероприятий, сняли кресты. Б
ыла проведена имитационная окраска и присыпка городских кварталов на Манежной и Красной площади, на Ивановской площади в Кремле. Перекрашены фасады дома № 2 Наркомата обороны и ГУМа. Второй вариант действий предусматривал проведение объёмной имитации.
Важно
Чтобы дезориентировать противника, выстраивались ложные городские кварталы с комбинацией различных макетов по типу городских зданий: в Александровском саду (по наружному контуру), на территории Красной площади, Тайницкого сада и откоса, Большого сквера в Кремле. Над Мавзолеем возвели макет городского здания, примыкающего к кремлёвскому корпусу № 1.
Часть Тайницкого сада и трибуны Мавзолея перекрыли подвешенными полотнищами, раскрашенными под крыши зданий. …»
Заключение по осмотру маскировки Московского Кремля с самолёта.
Не ранее 29 июля 1941 г.Сов. секретно
Осмотр произведён 29 июля с. г. в период с 15.00 до 15.35 с самолёта «Дуглас». Высота наблюдения 1.000 метров. Наблюдение произведено плановое и перспективное со всех сторон под различными углами. Облачность несплошная; высота облаков более 1.500 м.
Наблюдатели: майор государственной безопасности тов. Шпигов, тов. Федоровский и майор тов. Баданин.
1. Окраска Кремлёвских стен и фасадов кремлёвских зданий под перспективу города даёт положительные результаты. Немаскированные здания (корпус № 1, Большой Кремлёвский дворец, Иван Великий и пр.) резко выделяются большими ярко окрашенными массивами и подлежат обязательной перекраске (по принятому проекту).
2. Окраска площадей, расположенных вокруг Кремля, под фон городских зданий даёт положительные результаты при плановом наблюдении и при перспективном свыше 45°. При наблюдении под меньшими углами поверхности площадей не видны (они закрыты рядом расположенных высоких зданий), но отсутствие объёмных форм на площадях отделяет кремлёвские стены от городских зданий, окаймляющих площади.
Это явление возможно только на низких высотах; при наблюдении с боевых высот оно практического значения не имеет, т. к. угол наблюдения значительно увеличится.
Учитывая эффективность окраски площадей, следует расписать пл. Моссовета, Пушкинскую площадь и среднюю часть ул. Горького от Моссовета до Манежной пл. (с задачей показать окончание Горьковской магистрали у пл.
Моссовета), т. к. они могут служить ориентирами на подходах к Кремлю.
3. Резко демаскирует Кремль при подходе с северо-запада Александровский сад, который необходимо застроить макетами, разрезать дорогами и тем самым уничтожить однотипный массив зелени.
Совет
4. Крупнейшим ориентиром Кремля является стрелка и обводный канал; их демаскирующее значение необходимо уничтожить. Необходимо также закрасить в чёрный цвет надводные части 3-х мостов, т. к.
они выявляются крупными белыми прямоугольниками, облегчающими отыскание Кремля в ночное время. Статуя женщины, установленная над зданием по ул. Горького, заметна с воздуха, и т. к. других подобных статуй в городе нет, то по ней легко опознать ул.
Горького, а по последней установить местоположение Кремля. Статую необходимо снять.
5. Кровли макетов, установленных по склону Тайницкого сада, с высоты 1.000 метров отличаются от кровель действительных зданий по качеству фактуры (иное отражение света); возможно, что с больших высот макеты будут более приближаться к действительности. Необходимо воздушным наблюдением проверить с высоты 2-3 тысячи метров как эти макеты, так и макеты, изготовленные из окрашенного полотна.
Во время Великой Отечественной войны художники спасали Москву от налётов гитлеровской авиации. Новости. Первый канал
Для пилотов Люфтваффе Москва с самого начала войны была целью номер один. Но, благодаря подвигу советских летчиков и воинов ПВО, столицу спасли от серьезных разрушений.
И не все знают, что наряду с военными Москву защищал целый батальон художников. За считанные дни они нарисовали на месте Москвы совсем новый город. И Кремлевские башни превратились в густые облака.
Как создать такую оптическую иллюзию, знал авангардист Яков Чернихов.
Первая воздушная тревога была объявлена в Москве уже на второй день войны.
«Большое время было потрачено на то, чтобы выключить свет, фонари, закрыть окна, затемнить Московский Кремль», — рассказывает научный сотрудник Федеральной службы охраны РФ Валентин Жиляев.
И хотя первая тревога была учебной, выяснили: к налётам вражеской авиации Москва не готова, и нужно срочно собрать все силы в кулак, лишь бы спасти город. Ведь ещё 22 июня, в самый день объявления войны, в небе над Москвой кружил немецкий самолёт-разведчик.
Используя мощную оптику, он сделал сотни снимков столицы — самую точную карту, какую только можно придумать. Особое внимание, конечно же, Московскому Кремлю. Каждый лётчик Вермахта знал, как он выглядит с высоты.
Инструкции чётко диктовали, что уничтожать и как найти цель.
«То, что вы увидите, может измениться через какой-то срок, и не будет соответствовать этим фотоснимкам. Предупреждали, что Манежная площадь и сам Манеж будет перестроен и перекрашен. Мы не узнаем Красной площади», — рассказывает научный сотрудник Федеральной службы охраны РФ Валентин Жиляев.
В Берлине ещё предполагали, а в Москве уже остановили строительство Дворца Советов и все силы во главе с архитектором Борисом Иофаном бросили на маскировку Кремля и его окрестностей. Эти документы хранились в сейфах под грифом «совершенно секретно» почти 70 лет.
Эскизы, которые 14 июля 1941 года лёгли на стол главы госбезопасности Лаврентия Берии, вероятно, их изучил и сам Сталин — всё-таки дело особой важности. Архитекторы предложили раскрасить кремлёвские стены и здания по всему периметру так, чтобы внешне они стали похожи на обычные городские кварталы.
А Красную площадь следовало застроить домами и засадить деревьями. В то же время над маскировкой столицы работали художники.
Авангардист Яков Чернихов по заказу Наркомата обороны за короткое время придумал особые изображения, которые с расстояния производили магический эффект: пролетает немецкий ас над Кремлём, а там, внизу какие-то окраины, или лес с озером, или, вообще, густые облака.
«При наведении на цель у тебя есть секунды. И вот эти секунды художник рассчитывает так, чтобы в это кратчайшее мгновение и произошёл обман!» — объясняет архитектор Андрей Чернихов, внук художника Якова Чернихова.
Фотокорру американского журнала «Лайф» Маргарет Берк-Уайт, которая находилась в Москве с первого дня войны, удалось застать не только самое начало авианалётов на столицу (простым москвичам было запрещено фотографировать), но и сделать из своего номера в «Национале» уникальный снимок, как рисовали прямо на асфальте Манежной площади крыши окрестных зданий.
Обратите внимание
До самой Тайницкой башни маскировщики собирались перекинуть ещё один мост через реку, правда, фальшивый, из фанеры.
Но идею отвергли: а вдруг получится очень уж не похоже или помешает судоходству? Зато, буквально за несколько дней красная кирпичная стена Кремля превратилась в пёструю улицу с окнами и дверьми.
А над зубцами выросли будто бы крыши домов. Остро не хватало ни рукавиц, ни краски, ни гвоздей, но люди работали на износ.
Уже к концу июля Кремль было не узнать даже с земли, не то, что с воздуха. В первую очередь погасили все звёзды, надели на них чехлы, а сами башни перекрасили в разные цвета.
Зелёные крыши сделали коричневыми, чтобы не отличались от обычных московских, а жёлтые фасады кое-где стали чёрными, и казалось, будто это уже не одно здание, а несколько разных. Все дорожки в Кремле засыпали песком. Под краской и брезентом спрятали золотые купола колокольни и соборов.
А на Красной площади и Васильевском спуске выросли целые кварталы. Кроме того, в Тайницком саду натянули брезент, расписанный под крыши, и через стену перекинули полотно с нарисованной дорогой.
Всё это с самолёта осмотрела особая комиссия и настояла, чтобы перекрасили ещё Большой Кремлёвский дворец, Александровский сад застроили макетами домов, а все мосты через реку укрыли под слоем чёрной краски. Дольше всего архитекторы ломали голову, как спрятать излучину реки Москвы. Ведь место-то самое приметное.
«Там были поставлены баржи, и на этих баржах было построено что-то вроде домиков с разным освещением. И сверху было, действительно, впечатление, что там находится город малоэтажной застройки! Излучина была совсем не видна!» — рассказывает вдова комиссара маскировочного батальона МПВО Бориса Маркуса Светлана Маркус.
Конечно же, на то, что центр Москвы для пилотов Вермахта будто совсем куда-то исчез, никто и не рассчитывал. На разведсъёмке видно, что Красная и Манежная площади замаскированы, но легко разобраться что и где, правда, днём.
Важно
Но ведь бомбили, в основном, ночью. И вот тут немецких асов удалось сбить с толку.
И если из 8,5 тысяч бомбардировщиков к Москве сумел прорваться лишь каждый 37-й, а почти 1,5 тысячи были сбиты силами ПВО, то уже в городе каждая третья бомба угодила в ложную цель.
«Бомбардировка была очень неэффективная. Это было, по существу, сбрасывание бомб по площадям! Куда попадёт — и хорошо!» — говорит военный историк Борис Невзоров.
Возможно, это и случайность, но все здания с крайне редких снимков замаскированной Москвы, действительно, остались целы. Театр Вахтангова на Арбате был разрушен почти до основания. А вот в Большой прилетела всего одна бомба. Знаменитый фасад и колесницу Аполлона сотрудники укрыли прямо декорациями оперы «Князь Игорь».
Что вместе с нарисованной на площади крышей, видимо, и спасло Большой от прямого попадания фугасной бомбы. Кремль немецкая авиация пыталась уничтожить 8 раз. Сбрасывали даже бочку с нефтью, которая взяла и не загорелась.
Но, страшно рискуя, часть маскировки, в том числе и с Мавзолея, сняли к 7 ноября, чтобы защитники столицы уходили на смерть из того города, который любили.
«Отрадно было, что Москва жива, Москва борется и Москва побеждает. Представляете, такой был подъём! Мы топали так строевым шагом, будто фашистов вбивали в землю!» — вспоминает ветеран Великой Отечественной войны, участник военного парада на Красной площади 7 ноября 1941 года Леонид Шевелёв.
После парада Москву бомбили ещё 5 долгих месяцев, до марта 1942 года. Потом маскировку постепенно снимали, и довоенный вид города помогал людям верить в мирную жизнь.
В последнюю очередь, лишь через год после Победы, очистили от краски, которая слишком въелась, купола кремлёвских соборов.
И сегодня они какое-то особое напоминание о титанической работе солдат, офицеров, инженеров и художников, спасших это для всех нас.
Рассекречены архивы о том, как немцы бомбили Кремль в 1941-1942 годах
Время с 22 июля 1941 по 29 марта 1942 г. было наиболее драматичным периодом истории Московского Кремля в период войны. Кремль за эти месяцы пережил восемь бомбардировок, когда было сброшено 15 фугасных, две осветительные, 151 зажигательная и одна наливная бомба (200-литровая бочка с нефтью).
Время с 22 июля 1941 по 29 марта 1942 г. было наиболее драматичным периодом истории Московского Кремля в период войны. Кремль за эти месяцы пережил восемь бомбардировок, когда было сброшено 15 фугасных, две осветительные, 151 зажигательная и одна наливная бомба (200литровая бочка с нефтью).
Приступить к маскировке
Уже на третий день войны, 24 июня 1941 г. в гарнизоне Кремля была объявлена первая воздушная тревога, выявившая недостатки в действиях личного состава.
Для ориентировки шоферов в темное время суток на стенах в арках Спасских, Боровицких и Арсенальных ворот краской были нарисованы белые полосы.
В ночное время скорость движения машин по Кремлю устанавливалась не выше 5 км в час с потушенными или затемненными фарами, а личному составу нарядов предписывалось следить за соблюдением правил светомаскировки и немедленно пресекать нарушения.
Совет
26 июня начальник управления коменданта Московского Кремля (УКМК) НКВД генерал-майор Н.К. Спиридонов представил наркому внутренних дел СССР Л.П. Берии записку, где предлагал безотлагательно приступить к маскировке Кремля и прилегающих к нему территорий. В документе отмечалось, что эти работы могли обеспечить выполнение следующих весьма ограниченных задач:
— затруднить противнику при подлете отыскание Кремля на фоне города Москвы;
— уменьшить возможность прицельного бомбометания с пикированием по отдельным зданиям Кремля.
К записке прилагался проект плана маскировки Московского Кремля, подготовленный группой академика архитектуры Б.М. Иофана. К работам приступили 28 июня и закончили их к 1 августа, хотя представленный план был утвержден только 14 июля.
https://www.youtube.com/watch?v=glsq2FvDgZI
Только 9 июля ГКО СССР утвердил постановление N 73/с «О создании службы маскировки при Московском совете», в котором обязал обеспечить маскировку таких объектов, как оборонные заводы, водопроводные станции, Кремль, Центральный телеграф, нефтехранилища и городские мосты. На следующий день, 10 июля, вышло постановление СНК РСФСР «О проведении мероприятий по маскировке объектов на территории г. Москвы».
Управление коменданта Московского Кремля за маскировку Кремля отвечало самостоятельно. Моссовет и соответствующие ведомства проводили маскировочные мероприятия на прилегающих Кремлю территориях и зданиях (Красная площадь, ГУМ и здание Народного комиссариата обороны, Александровский сад, Манеж).
Мавзолей замаскировали под городское здание
План маскировки Московского Кремля предусматривал два варианта действий. Первый вариант маскировки — плоскостная имитация — предусматривал в основном перекраску крыш и открытых фасадов всех кремлевских зданий и стен для создания на них перспективного вида городских зданий, что стало немедленно реализовываться.
Погасили кремлевские звезды, а через некоторое время и вовсе закрыли их деревянными щитами, с позолоченных куполов сняли кресты, отблеск их уничтожили с помощью декоративных мероприятий. Кроме того, была проведена имитационная окраска и присыпка городских кварталов, Манежной и Красной площадей, района Васильевского спуска и Ивановской площади в Кремле.
Перекрашивались фасады дома N 2 НКО СССР, ГУМа и других зданий.
Второй вариант маскировки Кремля предусматривал объемную имитацию — строились ложные городские кварталы с комбинацией различных макетов.
Так, в Александровском саду (по наружному контуру), на территории Красной площади, Тайницкого сада и откоса, Большого сквера в Кремле выстраивались макеты зданий по типу городских.
Над Мавзолеем тоже был поставлен макет городского здания, примыкающего к корпусу N 1. Часть Тайницкого сада и трибуны Мавзолея перекрывались подвешенными полотнищами, раскрашенными под крыши обычных домов.
И плоскостная имитация, и объемное декорирование были одинаково действенны и в ночных, и в дневных условиях для бесснежного периода. Но от объемного макетирования было больше эффекта благодаря естественным теням и видимости фасадов зданий.
Как солдат Иван Одарченко стал символом Победы
Контроль эффективности маскировки Кремля регулярно производили с воздуха и аэросъемкой с боевых высот. 29 июля 1941 г. комиссия, в состав которой входил замкоменданта Кремля майор государственной безопасности Н.С. Шпигов, провела наблюдение с тысячеметровой высоты — со всех сторон и под различными углами.
Обратите внимание
Уже через неделю после начала войны на крышах Оружейной палаты, Арсенала, Большого Кремлевского дворца, корпусов N 3 и N 14 были размещены зенитные пулеметные точки. 29 июля для повышения уровня противовоздушной обороны объекта в районе Большого сквера Кремля были установлены две зенитные батареи корпуса ПВО: одна — среднего калибра, другая — мелкокалиберная.
Комендатура Кремля принимала и превентивные меры. С 20 июля 1941-го и до середины 1943 г., времени окончания бомбардировок столицы, подразделения УКМК НКВД СССР ежесуточно выделяли более сотни военнослужащих для тушения зажигательных бомб. С августа 1941 г. при объявлении воздушной тревоги на территории Кремля выставлялось пять подвижных медицинских постов по два человека в каждом.
Чудо в Георгиевском зале
Вскоре разрушения и потери от налетов немецкой авиации стали реальностью, о чем красноречиво говорят данные специальных донесений. Первая бомбардировка Кремля произошла в ночь с 21 на 22 июля 1941 г.
Одна из фугасных бомб весом 250 кг, начиненная аммоналом, попала в Большой Кремлевский дворец (БКД), пробив крышу и потолочное перекрытие Георгиевского зала. Однако случилось чудо — бомба не взорвалась. Дойдя до пола зала, она развалилась, образовав бесформенную воронку.
Пробитое снарядом отверстие в крыше имело размеры — 40х50 см, в потолке — 90х100 см. Свод первого этажа под Георгиевским залом дал трещины и откол весом около 60 кг, но выдержал. Если бы произошел взрыв, то большая часть Георгиевского зала и соседних с ним помещений были бы безвозвратно утеряны.
На чердаке БКД также была найдена неразорвавшаяся термитная (зажигательная) бомба весом в 1 кг.
Почему писатель и военкор Евгений Петров рвался в осажденный Севастополь
23 июля в 02.15 вражескими самолетами на Московский Кремль было сброшено 76 термитно-зажигательных бомб весом 1 кг: на Соборную площадь — 14, в Большой сквер — 15, на чердак БКД — 4, на чердак корпуса N 14 — 3 бомбы и т.д.
Все бомбы были своевременно затушены, и ни один объект не пострадал. Помимо зажигательных бомб, на территорию Красной площади были сброшены три фугасные бомбы (между Мавзолеем и зданием ГУМа), причинившие незначительные повреждения тротуару и проезжей части.
Вместе с бомбами гитлеровцы сбрасывали большое количество листовок.
В ночь 6 на 7 августа на территорию Кремль попало 67 термитно-зажигательных бомб весом в 1 кг, которые также были затушены, не успев причинить вреда. Кроме того, на территорию Тайницкого сада упали две осветительные бомбы весом по 50 кг. Бомбы не воспламенились, были обезврежены и вывезены из Кремля.
Проморгали наводчика
В ночь с 11 на 12 августа примерно в 0.30 сотрудниками УКМК по звуку, на высоте 4-5 км, был отмечен одномоторный самолет, который в течение нескольких минут кружил над Кремлем, создав два круга дымовой полосы с перекрестием в центре.
Очевидно, этот самолет был признан своим, и огня по нему ПВО Москвы не вела. Около 1.00-1.
10 самолеты противника по этому ориентиру сбросили серию фугасных бомб, из которых две упали на территорию Кремля: одна, ориентировочно весом в 100 кг, — у подъезда президиума Большого Кремлевского дворца; другая, ориентировочно весом в 1000 кг, — на здание Арсенала.
Важно
Вне территории Кремля, в 25 м от Боровицких ворот, на проезжей части упала бомба весом в 50 кг и бомба в 100 кг — на территорию Александровского сада, в 50 м от этих же ворот. От взрыва сброшенных бомб:
— в районе БКД был поврежден электрический кабель, разбиты стекла и рамы Екатерининского зала, «Собственной половины», комнат президиума, поломана дверь подъезда дворца; пострадал также корпус N 9;
— в Арсенале была разрушена восточная часть здания, серьезно пострадали расположенный во дворе этого здания малый гараж, общежития подразделений гарнизона, складские помещения, столовая и кухня УКМК, уничтожена зенитно-пулеметная огневая точка, разбиты стекла в оконных переплетах здания правительства, здания УКМК, 3го корпуса и в остальной не разрушенной части Арсенала.
Если при предыдущих налетах потерь не было, то в этот раз из состава наряда пострадало 68 человек, из них:
— убиты — 15 человек;
— получили средние и тяжелые ранения — 23 человека;
— легкие ранения — 17 человек;
— не было найдено — 13 человек.
Разбито шесть легковых автомашин: две ЗИС-101 и четыре М-1, повреждено два ЗИС-101 и одна М-1.
Изорепортаж танкиста Бориса Федорова из поверженного Берлина
Фугасными бомбами вне Кремля в ту ночь были выведены из строя телефонные кабели, связывавшие Кремль с Домом правительства и с рядом наркоматов, в том числе с НКВД.
А через несколько дней после этой бомбардировки на втором этаже корпуса N 1 в кабинете И.В. Сталина особого сектора ЦК ВКП(б) был выставлен солдатский пост комендатуры.
В задачу часового входило наблюдение за проведением работ по замене оконных переплетов, пришедших в негодность во время последней бомбардировки.
Опасным получился и налет 29 октября 1941 г. в 19:22 в Кремль, на территорию двора Арсенала, была сброшена бомба фугасного действия (предположительно весом в 500 кг). Этот налет принес самые большие потери среди личного состава. Пострадали 146 человек, из них:
— убиты — 41 человек;
— не найдены — 4 человека;
— тяжело ранены — 54 человека;
— легко ранены — 47 человек.
Кроме того, был разрушен малый гараж, разбиты три автомашины и один мотоцикл, разрушены помещения, расположенные в нижнем этаже Арсенала, две арсенальные лестницы, выходящие во двор; в помещениях возник пожар, который также дополнил разрушения.
Боевые потери в Кремле
В первой половине 1942 г. бомбардировки продолжились. Так, 6 марта в 01.10 были сброшены три фугасные бомбы. Бомба весом в 500 кг упала около Набатной башни, близ Спасских ворот, и попала в щель, где укрывались восемь бойцов полка специального назначения.
Одна из 50килограммовых бомб упала на площади против здания УКМК, другая — на проезжей части против Архангельского собора. Сброшенными фугасными бомбами были убиты восемь человек, умерли впоследствии от ран четверо, ранены и контужены 32 человека.
Взрывами также был причинен ущерб ряду зданий на территории Кремля.
29 марта при налете вражеской авиации 50килограммовая фугасная бомба упала в Тайницкий сад, напротив Безымянной башни, и попала в машину с боеприпасами. Было уничтожено 39 снарядов, 171 винтовочный патрон, два грузовика. Взрывной волной разбило часть стекол в здании УКМК. Человеческих жертв не было. И это была последняя из восьми бомбардировок Московского Кремля…
Почему невозможно забыть фильм о начале войны, снятый фронтовиками
Людские потери от бомбардировок Кремля за первые два года войны составили:
— убиты, пропали без вести и умерли от ран — 94 человека;
— тяжело ранены — 88 человек;
— легко ранены — 76 человек.
Совет
С ноября 1941 г. гитлеровцы, учитывая малую эффективность зажигательных бомб, перешли исключительно на фугасные бомбы. Фашистская авиация в этот период, ввиду близости своих войск к Москве, участила налеты. Бывали дни, когда случалось по 5-6 тревог в сутки.
Не успевали давать отбой, как опять объявлялась тревога, даже в промежутках между тревогами бывали бомбардировки.
В эти дни кроме Кремля также сильно пострадали и важные объекты, охрану которых обеспечивали подразделения 1-го отдела НКВД СССР, в частности, здания ЦК ВКП (б) на Старой площади и Большой театр.
Как прятали Кремль
Первые месяцы войны выдались трагическими для Советского Союза. Уже к концу июня 1941 года, когда на фронтах сложилось особенно тяжелое положение, руководству страны стало понятно: не за горами тот день, когда вражеские самолеты появятся в небе Москвы, сердца Советского Союза.
Нельзя вывезти — спрячем!
Зная маниакальное желание руководства гитлеровской Германии во что бы то ни стало расправиться с главной достопримечательностью города — архитектурным ансамблем Московского Кремля, правительство решило ввиду невозможности эвакуации принять беспрецедентные меры по маскировке исторической жемчужины.
26 июня 1941 года комендант Московского Кремля Николай Спиридонов отправил докладную записку в Совет народных комиссаров. В документе комендант предлагал не просто замаскировать Кремль и наиболее значимые с исторической точки зрения объекты города, а создать абсолютно новый ландшафт, заставив вражескую авиацию дезориентироваться на местности.
Николай Спиридонов предлагал два наиболее очевидных варианта защиты зданий города. Первый из них предусматривал окрасить кремлевские здания под городскую застройку, снять кресты и покрасить в черный цвет купола церквей и соборов.
Второй, более сложный в исполнении вариант, предполагал постройку в центре Москвы ложных городских кварталов вокруг Кремля, ложных мостов и иных объектов на Москве- реке.
Разумеется, выполнять столь деликатное поручение должны были войска НКВД, строительные организации Мосгорисполкома, Управление строительства Дворца Советов.
За работу!
Но как спрятать огромные башни, реку, многоугольник крепости Кремля? С воздуха такой объект сложно не узнать. Тем не менее задача государственной важности была с блеском решена.
Для уточнения деталей будущей маскировки инженеры, участвующие в проекте, специально поднимались на колокольню Ивана Великого и крышу гостиницы «Москва».
В итоге было принято решение: если нельзя замаскировать Кремль и прилегающие к нему территории, то нужно видоизменить весь окружающий ландшафт! Задача невыполнимая? Вовсе нет!
Обратите внимание
Первым делом вокруг Александровского сада по его внешнему периметру установили декорации, имитирующие городские здания. Претерпели изменения и кремлевские стены, на них надстроили фрагменты обычных домов, а на самих стенах нарисовали окна и двери городских зданий. Около Тайницкой башни Кремля соорудили ложный мост.
Сложнее всего оказалось с кремлевскими звездами. Их закрыли деревянными футлярами. Многочисленные площади Кремля и вокруг него завесили полотнищами с нарисованными на них декорациями многочисленных улочек и переулков XIX века.
Работа была выполнена настолько качественно, что даже коренные москвичи, оставшиеся в столице, попадая в центр, не могли узнать родной город.
Ленин в футляре
Кремль спрятали, но кроме него в городе осталось достаточно много знаковых как с исторической, так и с политической точки зрения зданий. Они также отлично просматривались с воздуха и должны были быть спрятаны. В первую очередь маскировке подлежал Мавзолей В. И. Ленина как главная святыня советской власти.
Наземную часть гробницы укрепили бетоном высшей марки и стальными балками. После этого над мавзолеем построили двухэтажное городское здание, внешне сильно смахивающее на склад. Примечательно, что маскировкой мавзолея командовал его создатель, академик архитектуры А. Щусев. Работа удалась на славу.
За все время войны ни один снаряд не поразил гробницу вождя мирового пролетариата.
Кроме мавзолея, было решено также закамуфлировать гостиницу «Москва», здание Совнаркома СССР, Библиотеку им. Ленина, театр Красной армии, Большой театр и излучину Москвы-реки как наиболее узнаваемые с воздуха ориентиры.
Коллективное творчество
Надо отдать должное архитекторам и творческим работникам столицы. На создание бутафорской Москвы были мобилизованы лучшие их представители. Для этой цели Государственный комитет обороны учредил специальную Службу маскировки при Московском совете «из числа архитекторов и художников».
В рамках этой организации над маскировкой важных объектов Москвы трудились главный художник Большого театра Федор Федоровский, главный архитектор Метростроя и Метропроекта Алексей Душкин, академик Борис Иофан. Мало того, при Академии архитектуры по распоряжению правительства была создана центральная проектно-маскировочная мастерская, ее возглавил Каро Алабян.
Всего мастерская маскировки выполнила 116 проектов по защите зданий Москвы. Декорациями были закрыты Кремль, Центральный телеграф, оборонные заводы, нефтехранилища, водопроводные станции и городские мосты. На маскировку города выделялись огромные финансовые и человеческие ресурсы, было организовано даже специальное производство маскировочных материалов.
Важно
Фанерными крышами были накрыты Водоотводный канал и несколько центральных улиц. Даже трибуны стадиона «Динамо» были перекрашены, а на поле высажены деревья.
Маскировочные работы близились к завершению. И вот 29 июля 1941 года чекисты, контролировавшие маскировку города, с борта самолета «Дуглас» с высоты 1 000 метров в безоблачную погоду осмотрели «новую Москву». Результат превзошел самые смелые ожидания. С воздуха повсюду виднелись бесконечные несуществующие дороги и крыши несуществующих в реальности домов. Узнать Первопрестольную было нельзя.
Бомбежка!
Правда, вовремя закончить маскировку, к сожалению, не успели. Первый налет вражеской авиации произошел ночью с 21 на 22 июля, спустя месяц после начала войны. В 22 часа 220 фашистских самолетов попытались прорваться к столице.
Несмотря на то, что пилотировали самолеты лучшие летчики Германа Геринга, прошедшие школу бомбежки и противодействия ПВО в Европе, на подлете к Москве им пришлось несладко. До города добралось всего несколько самолетов, от бомб которых обрушилось 37 зданий. С этого момента бомбардировки стали регулярными.
Едва наступал вечер, на Москву выдвигалась вражеская авиация. Поскольку отлично работала советская ПВО, бомбить город немцы решались только под покровом темноты. За ночь происходило от трех до пяти налетов.
Первыми шли бомбардировщики, засыпающие улицы города зажигательными бомбами, за ними двигались другие, бомбившие уже фугасами, при этом они ориентировались на огни пожаров.
Тем не менее маскировка работала отлично, немецкие летчики так и не научились отличать муляжи от настоящих зданий Москвы. Цифры впечатляют: из 8 600 бомбардировщиков, пытавшихся бомбить Москву, до города добралось менее трех процентов.
Всего на столицу было сброшено около 1 600 фугасных бомб и 100 000 зажигательных снарядов. Но за все девять месяцев бомбежек с июля 1941 -го по апрель 1942-го серьезно пострадало всего 19 второстепенных предприятий и 227 зданий. Знаковых объектов среди них не было.
Кремль бомбили восемь раз, но серьезных повреждений ему не нанесли. Ведь маскировали все 27,5 гектара территории лучшие специалисты страны!
Дмитрий Соколов
Как прятали Кремль
Автор: InGrib, 03.07.2015 — 13:44
В ночь с 21 на 22 июля 1941 года в небе Москвы появились самолеты со свастикой. Это был самый первый налет вражеской авиации на столицу. И самой первой их целью был Кремль, они сразу направились к центру, прямо в сердце города.
10 фото via sadalskij
Но представьте себе растерянность немецких летчиков, которые, прилетев к Кремлю… не нашли его. Ни Кремля, ни Мавзолея, ни Красной площади.
Огромная территория почти в 28 гектаров с двадцатью башнями, с сияющими куполами храмов и сверкающими звездами исчезла. Испарилась! На ее месте был обычный город — крыши домов, дороги. Ничего примечательного.
Сбитый Юнкерс. Москва, площадь Свердлова (Театральная), июль 1941 года.
Не заметить Кремль было невозможно: с высоты он имеет вид треугольника, это великолепный (увы) ориентир для пилотов, так же, как и театр Советской Армии, представлявший ту же опасность в военные годы.
Совет
Здание театра, выстроенное в форме звезды, стало тогда любимым ориентиром для фашистских самолетов – каждый из ее пяти лучей был направлен на один из московских вокзалов, бомбить которые не составляло труда. Уже в июне 1941-го встал вопрос спасения столицы: было ясно, что Москву в ближайшее время начнут бомбить.
Город окружили ПВО, подготовили бомбоубежища для жителей, светомаскировку, а вот что делать с памятниками архитектуры и, главное, с Кремлем, никто не знал.
Уникальный план, спасший Москву от разрушения, предложил Борис Иофан – знаменитый архитектор, один из создателей памятника «Рабочий и колхозница», автор проекта Дома на набережной и Дворца Советов на месте Храма Христа Спасителя. Его идея была проста и гениальна: Кремль и самые ценные объекты надо было замаскировать. Скрыть с глаз, изменить до неузнаваемости.
Борис Иофан, Вера Мухина, 1936 год
Несмотря на абсурдность плана, времени на размышления не было. Разрисовывали вручную, в кратчайшие сроки. Перекрасили в темный цвет золотые купола храмов, на рубиновые звезды надели чехлы, а кремлевские стены замаскировали под жилые здания.
На снимке, сделанном с Москворецкого моста, хорошо виден юго-восточный угол Кремля с Беклемишевской башней, где стена расписана окнами домов.Мавзолей стилизовали под милый старомосковский особняк – накрыли его крышей с мезонином и дорисовали колонны.
Самого великого квартиранта отправили спецпоездом в Тюмень – домой Ильич вернулся лишь весной 1945 года – как положено, «вечно живым» и невредимым.Кроме «расписной» маскировки была еще и маскировка ложная — когда при помощи ложных объектов менялась планировка улиц, а с помощью маскировочных сеток — силуэты зданий.
Несуществующие дороги, фальшивые мосты, дома-призраки — всё это появилось в Москве за считанные дни, так выглядел Кремль сверху.
Защитная маскировка на здании театра. Август 1942 года.
Уже после первого налета было ясно — план работает. Гитлеровские летчики путались, «новая Москва» вводила их в ступор. Днем они прилетать не решались, ПВО работала блестяще, а вот ночами бомбили по нескольку часов, но бесцельно, наугад. Да и ночью было сложно — ослепляющие лучи прожекторов, непрекращающийся зенитный огонь, ложное освещение ложных объектов…Достаточно сказать, что за четыре года войны Москву бомбили 141 раз, из них Кремль — всего восемь. Правда, в 1945-м возникла новая проблема — черная краска так вьелась в купола, что сделать ее снова златоглавой к Параду Победы не успели..)Подписывайтесь на наш канал Telegram






