Оставить комментарий

Глобальное измерение энергетической стратегии Китая

Анализ магистранта ВШЭ Сергея Игнатьева

Для Китая, как крупнейшего потребителя энергоресурсов, огромное значение имеет наличие чёткой и выверенной энергетической политики, которая, бесспорно, должна иметь стратегический характер. Чтобы избежать зависимость только от одного центра поставок энергоресурсов Пекину необходимо строить такую политику, основу которой составляет принцип диверсификации, имеющий весьма обширный географический показатель.

В самом общем смысле под энергетической безопасностью можно понимать возможность обеспечения стабильных, долгосрочных и достаточных поставок в страну необходимых ей энергоресурсов. Без решения этих задач, непосредственно касающихся таких областей жизнедеятельности человека, как промышленность, транспорт, сельское хозяйство, инфраструктура, экономика, невозможно построить четкую стройную стратегию развития государства. Дипломаты, политики и представители экспертного общества, непосредственно работающих в области решения энергетических проблем, придают энергетической политике стратегический характер. Пекин, в данном случае, не исключение. Китай, который по своему военно-политическому, экономическому, культурному потенциалу является мировой державой и важнейшим игроком на международной арене, не может закрывать глаза на стоящие перед ним сегодня вопросы и вызовы энергетической безопасности. Китайская экономика, занимающая второе место по уровню ВВП, уступая лишь США, и обладающая самыми высокими темпами экономического роста, без наличия диверсифицированной энергетической стратегии не сможет дальше занимать одно из ведущих мест в современном мире. А энергетических ресурсов, в первую очередь нефти, промышленности КНР требуется много. Стоит только взглянуть на цифры: в настоящее время доля Китая — около 8% мирового импорта нефти, а в мировом росте спроса на этот товар с 2000 г. — 30%. Эти показатели позволяют расценивать Китай как ключевого игрока на мировых энергетических рынках и как крупнейший потребитель энергоресурсов.

Энергетический «рецепт» Поднебесной

Начиная знакомство с энергетической стратегией КНР, неизбежно сталкиваешься с его довольно простой и логичной структурой, которая содержит в себе внутреннее и внешнее измерение. Первое можно охарактеризовать как опора на собственные энергоресурсы. Например, если взглянуть на работу китайской промышленности, то мы увидим, что ее функционирование осуществляется на основе использования 55% каменного угля, 23% нефти и 10% природного газа. Первый компонент определяется собственной добычей, второй и третий занимают важные места в структуре китайского импорта. Необходимо заметить, что широко распространённое использование каменного угля промышленностью КНР ставит страну перед определенными трудностями, среди которых проблемы экологии и защиты окружающей среды, что заставляет Пекин сосредоточить свое внимание на более экологически чистых видах энергии, а также отметить острую нехватку стратегически важных ресурсов (нефти и газа), что грозит замедлением темпов экономического роста и развития промышленности. В связи с этим, КНР в своей энергетической политике особое внимание уделяет обеспечению энергетической безопасности за счет импорта энергоресурсов.

Как же выглядит энергетическая карта Китая и каково ее географическое измерение? Какие регионы являются незаменимыми для Пекина? И каким странам еще только предстоит занять достойное место в фокусе внимания китайской политики? Рассмотрим подробнее.

Ближневосточное «черное» золото

Начнем с региона, занимающего наиболее важное место в глобальной энергетической стратегии КНР. Ближний Восток и страны Персидского залива являются для Китая основными источниками поставок нефти. В 2013 г. Пекин импортировал из этого региона мира примерно 3,7 млн. баррелей (сырой нефти) в день. Из Ближнего Востока в Китай нефть транспортируется через Малаккский пролив. Таким образом, перед китайским правительством остро стоит проблема по защите такого стратегически важного объекта. Для этого Пекин выдвинул стратегию, получившую в литературе название «нить жемчуга» и призванную обеспечить безопасность поставок нефти в Китай. Но это отнюдь не единственная проблема, которую должно решить правительство КНР. Ближний Восток обладает крайне высоким конфликтным потенциалом. Любое обострение ситуации, связанное с нестабильной ситуацией в этом регионе мира (рост радикального экстремизма, обострение отношений Израиля со своими соседями и т.д.), активная деятельность пиратов, сильная зависимость, исходящая из стратегического значения Малаккского пролива, который, в случае обострения отношений между Вашингтоном и Пекином может быть перекрыт военным путем, отсутствие в КНР технологий, способных обеспечивать сохранение стратегических запасов нефти, без которой китайская промышленность остановится через 15 дней — все это может рассматриваться как угроза бесперебойным поставкам нефти и всей энергетической безопасности Китая.

Все вышеперечисленные проблемы вынуждают китайское правительство обратить свое внимание на другие регионы, дабы не быть привязанным и зависимым только от одного источника.

Энергетическая «колонизация» Африки

В наше время Африка, благодаря наличию большого количества природных ресурсов, прежде всего, нефти, вновь стала объектом пристального внимания крупных держав, которые приступили к новой «колонизации» черного континента. Китай в данном случае не является исключением из правил. «Дракон» бросает свой взор на Анголу. Китайское правительство заключило с этой страной 9 соглашений, начиная с 2005 г., касающихся сотрудничества в нефтяной сфере. В обмен на нефть Пекин с помощью прямых инвестиций оказывает, по сути, Анголе экономическую помощь. Вместе с другими странами, Индией и Малайзией, Китай является основным потребителем суданской нефти. Нигерия, с которой Пекин в настоящее время активно развивает дипломатические и экономические отношения, также находится в фокусе внимания китайских политиков. Причина та же — нефть в обмен на важные для экономики Нигерии китайские инвестиции и увеличение товарооборота. Но все это не означает, что «энергетическая колонизация» Африки не сопровождается трудностями для «новых колонизаторов». В первую очередь, необходимо отметить проблемы, связанные с логистикой и инфраструктурой. Доставка нефти из Африки в Китай преодолевает довольно длинный путь и в итоге проходит через уже упоминавшийся нами Малаккский пролив, превращая его в так называемую «нефтяную артерию» Поднебесной. Вторая проблема касается непосредственно социально-экономической ситуации в африканских странах. Речь идет о притоке большого числа китайских рабочих в Анголу и Нигерию, что негативным образом сказывается на рынке труда в этих странах и грозит перерасти из «энергетической колонизации» в колонизацию социально-экономическую.

Центрально-Азиатский газовый «ингредиент»

Энергетические запасы Центральной Азии, в которых, помимо нефти, фигурирует газ, также вызывают пристальный интерес Китая. Нефтяные запасы сосредоточены в Тенгизском, Карачаганакском и Кашаганском месторождениях в Казахстане, а также группы месторождений Азери — Чираг — Гюнешли в Азербайджане; газовых — Шах-Дениз в Азербайджане и Южный Иолотань — Осман в Туркмении, самой газоносной стране Центральной Азии. Особняком здесь стоит Прикаспийский район, рассматриваемый китайским правительством как альтернатива Ближнему Востоку в области поставок нефти. Влияние Китая в регионе Центральной Азии увеличилась после распада СССР и усилилось после финансового кризиса 2008, выразившееся в увеличении роли инвестиций в энергетический сектор. Основная проблема в этом регионе мира связана с неблагополучным инвестиционным климатом и географическим положением Прикаспия, на который, также, претендуют, помимо Китая, Россия и страны ЕС. Таким образом, правительство КНР втягивается в геополитическую игру, в первую очередь, с Российской Федерацией, традиционно считающей регион Центральной Азии сферой своих национальных интересов. Тем не менее, противостояние за энергетические ресурсы этого региона не должно привести к конфронтации наших стран, являющихся друг для друга важными стратегическими партнерами в области экономики, торговли, инвестиций и др.

Два Великих соседа

Несмотря на ряд соглашений, заключенных между российскими и китайскими компаниями, в том числе и контракт, подписанный 21 мая 2014 года между «Газпромом» и CNPC о поставках в КНР 38 миллиардов кубометров газа ежегодно сроком на 30 лет, который журналисты окрестили «сделкой века», объем закупок Китаем российских энергоресурсов весьма скуден, что позволяет прийти к выводу, что Москва занимает далеко не самое высокое место в энергетической стратегии КНР, существенно уступая Саудовской Аравии, Анголе, Нигерии, Ирану. Но, тем не менее, учитывая энергетический потенциал России и потребность Китая в энергоресурсах, обеим сторонам необходимо и далее проводить политику, направленную на углубление партнерских отношений в энергетической области. Москва тоже заинтересована проводить диверсифицированную энергетическую политику. Для решения этой задачи России следует, не забывая про традиционное европейское направление и про европейский рынок, на котором она занимает ключевые позиции, сконцентрировать внимание на развитии Восточной Сибири и Дальнего Востока, заниматься решением инфраструктурных проблем, в том числе и с помощью китайских инвестиций.

Новый Свет для Китая

Напоследок хочется обратить внимание на Западное полушарие. В настоящее время на мировом энергетическом рынке увеличивается роль стран Латинской Америки. Китай не остается в стороне от процессов на американском континенте, являясь главным покупателем южноамериканской нефти. Таким образом, можно сказать, что даже далекая Латинская Америка не осталась без внимания китайского правительства, что еще раз подчеркивает глобальный характер энергетической стратегии КНР.

Исходя из приведенного выше, мы можем говорить о расширении энергетического кругозора Китая, направленного, в первую очередь, на диверсификацию источников поставок энергересурсов с целью обеспечения энергетической безопасности. Энергетическая политика КНР, прямо говоря, имеет глобальное измерение. Тому есть множество объяснений. Например, проведение успешной энергетической политики позволяет КНР решать задачи, связанные с увеличением экономической мощи государства и расширением его геополитического влияния. Взять хотя бы Центральную Азию, где китайские интересы напрямую сталкиваются с интересами России, или Латинскую Америку, являющуюся сферой непосредственных интересов и влияния США. Таким образом, энергетическая политика в данном случае выступает как неотъемлемый компонент геополитической стратегии Китая. Занимая влиятельное место на мировых энергетических рынках, правительство КНР также обеспечивает себе выгоду от определенных экономических и торговых соглашений, как в случае, например, со странами Африки, Латинской Америки и др. На пути достижения поставленных задач Китай сталкивается с определенными вызовами и трудностями: инфраструктура, логистика, нестабильность политических режимов стран-поставщиков энергоресурсов и т.д. Перед китайской глобальной энергетической стратегией в настоящее время стоит большое число вызовов и угроз, требующих решения как по линии двусторонних, так и многосторонних действий и переговоров.

Сергей Игнатьев,
магистрант НИУ ВШЭ, факультет мировой экономики и мировой политики