Оставить комментарий

Экспертиза

Куда сливают вузы

Слияние вузов — неприятное словосочетание для многих россиян, так или иначе столкнувшихся с подобной ситуацией: ребенок поступает в одно учебное заведение, а через год против своей воли оказывается в другом. Волна таких слияний прокатилась по России, оставив после себя негодующих преподавателей, студентов и родителей, и теперь, когда страсти вокруг перетасовок немного утихли, попытаемся сделать первые выводы. И выводы неутешительные.

Как хотите или как придется?

Объединение учебных заведений по всей стране сопровождалось громкими скандалами, где-то даже протестами и увольнениями. Вспомнить хотя бы шумиху вокруг двух тамбовских вузов — Тамбовский государственный технический университет и Тамбовский государственный университет имени Державина, когда на митинг против их объединения в Тамбове собралось около тысячи человек. Тогда, правда, министр образования Дмитрий Ливанов сдался и отменил приказ о слиянии, отступая перед митингующими. «Захотят отдельно — будут отдельно, захотят вернуться к этому вопросу — пожалуйста», — примирительно сказал он, как бы напоминая о принципе народовластия. Который почему-то сработал только после перехода в «баррикадный» режим. Вечно у нас все так.

Точнее, не так. И жизнь не та, и смерть не та, и не похожи мы на Запад. То есть похожи, конечно, но как отражение в очень мутном зеркале. Завещали европейские руководители вести многолетние сотрудничество перед слиянием, призывали объединяться постепенно, факультет за факультетом, но мы немного опоздали и теперь торопимся наверстать упущенное. Это хорошо. Торопимся означает «делаем быстро». Делаем быстро означает «делаем принудительно». К слову, столь ненавистный, но все же исподтишка копируемый Запад во главу угла ставит добровольность и долгое плодотворное сотрудничество. Скажем, университет Кардиффа и медицинский колледж университета Уэльса перед слиянием «наращивали связи» более полувека. Но это слишком плавно и неинтересно. Возьмем в пример интенсивно развивающийся Китай. Здесь из-за похожей реформы 556 учреждений высшего профессионального образования объединили в 232, вот только сделали это за пятнадцать лет. Наш же закон, напомню, был принят 8 мая 2010 года, первые же объединения прошли несколько раньше — около пяти лет назад. И снова медлительность соседей нас подводит, но какой русский не любит быстрых решений?

О причинах и следствиях

Откуда, спросите вы, вообще взялась эта идея слияния? Как и многое в современном мире, из бизнеса: механизм объединения двух компаний был успешно перенесен на образовательные учреждения. Главная цель такого объединения, конечно, экономическая — решение проблем конкуренции. Двум предприятиям, предоставляющим схожие услуги на ограниченной территории, выгоднее сосуществование. Аналогичная ситуация и в сфере образовательных услуг. Проще говоря, слияние — это лучший способ решить проблему конкуренции. К тому же, налицо экономия денежных средств, опять же, как в бизнесе, так и в образовании, которое, по сути, само уже давно стало бизнесом. Да и государственное финансирование, прежде делящееся на несколько учебных заведений, после объединения пойдет в одно. Плюс? Еще какой. И в карму, и в бюджет.

Переносимся в российские реалии. У нас главной причиной слияния вузов называют пресловутую демографическую яму 90-х, когда рождаемость в стране резко упала. Не поспоришь. Достаточно взглянуть на школы — те, которые раньше выпускали по три-четыре класса в параллели, сейчас с трудом могут довести до конца обучения один. Логично предположить, что в средних и высших учебных заведениях все так же, если не хуже. Простой пример: в прошлом году Новгородский государственный университет не мог набрать даже нескольких групп для обучения на аграрных направлениях. Чтобы избежать проблем, им пришлось принимать абитуриентов не просто с минимальными баллами — с отсутствием профильных экзаменов, иначе говоря, опустить планку до уровня не самого востребованного колледжа. Что поделаешь, невысока нынче популярность сельского хозяйства, и еще менее высока популярность НовГУ. Но, получается, разговор снова о конкуренции, которая высока как никогда: детей мало, вузов в начале 2000-х открыли много, провинция чахнет, столица растет. Многочисленные филиалы крупных учреждений, открывшиеся в небольших городах вроде того же Новгорода, никому не нужны и, как сейчас модно говорить в образовании, неэффективны.

Еще одна цель слияния обозначается длинными словами из мира механики — оптимизация системы управления, то есть налаживание стабильной работы бюрократической машины, и, как следствие, рост, устойчивое развитие и прочие приятные перспективы. К тому же, крупным учреждениям гораздо легче отстаивать свои права в неспокойном мире, где даже реактивы для кабинета химии приходится выпрашивать месяцами.

На этом декларируемые цели заканчиваются, поговорим теперь о самом процессе слияния. Сроки его проведения в первую очередь зависят от количества объединяемых вузов, близости их организационных структур, позиции руководства и работников. Существенные проблемы возникают в связи с последним пунктом — преподаватели «неожиданно» оказываются против объединения. У этого неприятия есть две объективные причины. Первая скорее психологическая: из-за форсированного слияния, которое является результатом направленных реформ, возникает ощущение давления сверху и, как следствие, дискомфорт. Но вряд ли это может считаться серьезным поводом для протеста, ведь ситуация для наших соотечественников привычная и понятная. Вторая причина сугубо практическая и гораздо более весомая: сокращение штата. Да, многих уволят, этого никто не отрицает. Как удержаться на рабочем месте? Даже будучи уверенным в своих заслугах перед родным университетом, расслабиться не получится. Не позволят.

— Преподаватели с кафедры истории жалуются, говорят, не знают, что дальше будет. Их же тоже объединят, как и университеты, но количество рабочих мест ограничено, — рассказывает студентка государственного университета морского и речного флота имени адмирала Макарова Надежда Гайдамака, — а среди учащихся никто ничего не знает, везде хаос и жуткая неразбериха, нас перебрасывают из здания в здание. Мы находимся в подвешенном состоянии.

Но предположим, что работники и руководство согласны с перспективой объединения или хотя бы держат нейтралитет. В таком случае, документарная часть слияния займет около года, и еще два-три уйдут на полное физическое объединение. Все вроде бы быстро и безболезненно, правда, на выходе появится еще один минус: образуются бюрократические проволочки, ведь канцелярия увеличивается пропорционально числу объединенных учебных заведений.

Неудобная реальность

Забудем прошлые печали — настал тот долгожданный момент, когда процесс слияния завершен, и все, казалось бы, могут вздохнуть спокойно. Но нет. Начинают проявляться бытовые минусы и неудобства. Например, разница в уровне подготовки студентов, которая иногда просто несоизмерима, ведь в тандеме объединяющихся вузов один заведомо слабее, именно поэтому и был поглощен более крупным и статусным. Или, скажем, пертурбация среди иногородних, живущих в общежитиях. Или попрание традиций одного коллектива в пользу другого. Все это можно рассмотреть на примере слияния государственной морской академии имени адмирала Макарова, которую курсанты — теперь уже студенты — по-домашнему называли «макаровкой» и Санкт-Петербургского государственного университета водных коммуникаций (ГУВК). Направленность образования смежная, разница в уровне подготовки небольшая — казалось бы, прекрасный вариант. Прекрасный, да не очень. Потому что «макаровка» — заведение фактически военное, то есть на первом плане устав, режим, форма, традиционное посвящение на плацу, маршировка, усиленный контроль за здоровьем и физподготовкой. Опять же, красивый курсантский билет. И в противовес всему этому — обычный «гражданский» ГУВК, который мало того, что гражданский, так еще и заселяет студентов своего колледжа в «макаровскую» общагу, вынуждая и так уже оскорбленных бывших курсантов переселяться с Елизаровской в Стрельну, переходя на казарменное положение. А еще и стипендии, говорят, уменьшат. «Нам все равно, изменения не особо ощущаются», — говорят студенты ГУВКа. «У нас все с ног на голову перевернули», — возмущаются бывшие курсанты.

После такого самое время подарить министерским практикам свежий лозунг: «Безразличной машине бой! Даешь индивидуальный подход!» Иначе кому, скажите, нужно такое слияние?

Или это не слияние вовсе, а сливание?

Ирина Мошникова