Вла­димир Путин по­вер­тел в ру­ках но­вый iPad, еще раз ос­мотрел со всех сто­рон, пос­ту­чал кос­тяшкой ука­затель­но­го паль­ца по эк­ра­ну, за­чем-то по­дул на об­ратную сто­рону и от­ло­жил в сто­рону. Потом по­думал и отод­ви­нул на са­мый край сто­ла, прик­рыв свер­ху ка­кими-то бу­мага­ми. Вла­димир Вла­дими­рович во­рова­то ог­ля­нул­ся по сто­ронам и дос­тал из ящи­ка сто­ла пе­чат­ную ма­шин­ку. Его ли­цо оза­рилось, паль­цы про­бежа­лись по кла­вишам, в кар­ма­не тут же заз­во­нил мо­биль­ный те­лефон.

— Ть­фу, — премь­ер-ми­нистр расс­тро­ил­ся, — на­нотех­но­логии прок­ля­тые. Алло!

— Вован, при­вет! Юма­шеву чи­тал? — пе­решел к де­лу пре­зидент Рос­сии Дмит­рий Мед­ве­дев.

Вла­димир Вла­дими­рович взял в ру­ки си­ние от мно­гочис­ленных по­меток рас­пе­чат­ки.

— Да, про­бегал гла­зами.

— Вован, че­го это она вы­лез­ла, а? Не прос­то же так?

— Не прос­то так, да.

— Узна­ешь, мо­жет, у нее, что это зна­чит, а то у ме­ня ее те­лефо­на нет да­же. Меня, кста­ти, там мно­го что уди­вило, но од­на вещь прос­то уби­ла.

— Как Абра­мович лес про­давал? — Вла­димир Вла­дими­рович хму­ро улыб­нулся. — Да, мне он то­же эту ис­то­рию не рас­ска­зывал. Все боль­ше про «Чел­си» да про Даш­ку. Ну, еще ра­зок рас­ска­зал, как они с ка­ким-то родс­твен­ни­ком сос­тав неф­ти в При­бал­ти­ку уг­на­ли.

— Да не, я не об этом! Я про Кор­жа­кова и знать не знал, что он в Думе. Как он де­пута­том-то стал?

— А я тут при чем? — уди­вил­ся Вла­димир Вла­дими­рович. — Не я ж спис­ки де­пута­тов сос­тавляю, а Сур­ков.

— Да знаю я. Но все-та­ки. Да и во­об­ще — че­го это он-то еще раз­высту­пал­ся? Ему-то кто раз­ре­шал? Он же «еди­норосс», а ты у них, ка­жет­ся, ли­дер пар­тии. Нада­ви там на не­го по пар­тий­ной ли­нии, пусть за­чах­нет.

— Кста­ти, пра­виль­ная мысль. Перез­во­ню.

Теле­фон Вла­дис­ла­ва Сур­ко­ва был вык­лю­чен, зво­нить Грыз­ло­ву не хо­телось, и Вла­димир Вла­дими­рович, не дол­го ду­мая, поз­во­нил пря­мо в офис Алек­сан­дра Василь­еви­ча Кор­жа­кова.

Депу­тат Кор­жа­ков в это вре­мя си­дел на сво­ем ра­бочем сто­ле, ус­та­вив­шись в мо­нитор. На его ра­бочем сту­ле вос­се­дал быв­ший ви­це-премь­ер пра­витель­ства Рос­сии Олег Нико­ла­евич Сос­ко­вец и каж­дые две се­кун­ды жал на кла­вишу F5, об­новляя блог Тать­яны Юма­шевой.

— Давай, Тань­ка, на­пиши про ме­ня ка­кую-ни­будь га­дость, — Сос­ко­вец да­же по­баг­ро­вел от усер­дия, — а то па­лец сей­час от­ва­лит­ся.

Алек­сандр Василь­евич Кор­жа­ков пос­мотрел на ча­сы:

— Еще 4 ми­нуты по­об­новляй, по­том я. Не­ожи­дан­но ожил ра­бочий те­лефон де­пута­та.

— Кто там? — не от­вле­ка­ясь от мо­нито­ра, спро­сил Олег Сос­ко­вец.

— Путин, — мель­ком взгля­нув на оп­ре­дели­тель но­мера, от­ве­тил Кор­жа­ков.

Через до­лю се­кун­ды муж­чи­ны под­прыг­ну­ли на сво­их мес­тах.

— ПУТИН ЗВОНИТ! — боль­ши­ми бук­ва­ми ска­зал Сос­ко­вец.

Алек­сандр Василь­евич, сглот­нув, кив­нул и взял труб­ку.

— Гене­рал-лей­те­нант Кор­жа­ков, — го­лос ге­нера­ла пре­датель­ски дрог­нул, — у те­лефо­на.

— При­вет, Василь­ич.

— Здрась­те, Вла­димир Вла­дими­рович.

— Василь­ич, а ты как де­пута­том-то ока­зал­ся?

Кор­жа­ков уже ус­пел соб­рать­ся с мыс­ля­ми:

— Народ сде­лал свой вы­бор, — хо­лод­но от­ве­тил ге­нерал, — на­род не об­ма­нешь. У ме­ня рей­тинг до сих пор — ого-го.

— Как ин­те­рес­но! Ты под ка­ким но­мером в спис­ке-то шел? 189? Или 208? — из­де­ватель­ски по­ин­те­ресо­вал­ся Вла­димир Вла­дими­рович. Алек­сандр Василь­евич по­баг­ро­вел.

— Давай-ка, Василь­ич, за­кан­чи­вай выс­ту­пать. Мы, по-мо­ему, чет­ко до­гова­рива­лись, что ты про 90-е го­ды в бли­жай­шие 100 лет да­же в ту­але­те сам с со­бой раз­го­вари­вать не бу­дешь. Дого­вари­вались? Ну а че­го тог­да за ора­тор­ские эки­воки?

— Раз­ре­шите до­ложить, Вла­димир Вла­дими­рович?

— Док­ла­дывай, че­го уж.

— Я по собс­твен­ной не­об­хо­димос­ти — зав­сегда ни­ког­да бы ни­куда. Это все Дь­ячен­ка хит­ро­жо... — ге­нераль­ская ско­рого­вор­ка на се­кун­ду при­ос­та­нови­лась, — хит­ро­выде­лан­ная ме­ня под мо­нас­тырь под­во­дит. Зво­нил я ей да­веча, спра­шивал, за­чем она про ме­ня га­дос­ти де­зин­форми­ру­ющие пи­шет в жур­на­ле сво­ем жи­вот­во­рящем. Она ска­зала, что Бере­зов­ский ре­шил ме­ня выд­ви­нуть в пре­зиден­ты в 2012-м, и она ме­ня пи­арить взя­лась...

— Что? Бере­зов­ский? Так она же те­бя гов­ном по­лива­ет! — за­путал­ся премь­ер-ми­нистр.

— Я то­же ей ен­то ска­зал, а она ска­зала, что лю­бой пи­ар кро­ме нек­ро­лога — это хо­рошо. Вла­димир Вла­дими­рович, да вы не бес­по­кой­тесь, я, ког­да ме­ня Бере­зов­ский вы­берет, вас премь­ером наз­на­чу, бу­дем в од­ной ко­ман­де ра­ботать. Труб­ку по­ложил... — огор­ченно пог­ля­дел Кор­жа­ков на Сос­ковца.

— Да пус­кай! — мах­нул ру­кой экс-ви­це-премь­ер. — Он уже хро­мая ут­ка, че­го с ним об­щать­ся.

— Хро­мая ут­ка? — уди­вил­ся ге­нерал-лей­те­нант Кор­жа­ков. Сос­ко­вец еще раз мах­нул ру­кой и вер­нулся к кла­више F5.

Вла­димир Путин в это вре­мя уже зво­нил Тать­яне Бори­сов­не Юма­шевой.

— Тать­яна Бори­сов­на, это прав­да?

— Да, Воло­дя, — ус­та­ло под­твер­ди­ла Тать­яна Бори­сов­на, — прав­да. Я и прав­да пой­ду на вы­боры в 2012 про­тив те­бя, с Бере­зов­ским мы уже до­гово­рились, он фи­нан­си­рова­ние под­го­нит. Так что, Воло­дя, мо­жешь по­тихонь­ку сво­его ма­лахоль­но­го в че­модан па­ковать...

— Я, Тать­яна Бори­сов­на, пе­рез­во­ню.

— ... И сам ту­да же по­тихонь­ку упа­ковы­вать­ся.

Вла­димир Вла­дими­рович с изум­ле­ни­ем пос­мотрел на те­лефон­ную труб­ку. Порыв­шись в ежед­невни­ке, он на­шел нуж­ный те­лефон и наб­рал лон­дон­ский но­мер Бори­са Бере­зов­ско­го.

— Боря, что там в 12 го­ду бу­дет?

— Если ты про ко­нец све­та, то я тут не у дел!

— Боря, ев­рей­ское ты ли­цо, че­го ты там за пор­ногра­фию раз­вел с вы­бора­ми?

— С ко­торы­ми? — де­лови­то ос­ве­домил­ся Борис Абра­мович. — В Туле, Пыж­ме или Ново­куз­нецке?

— Какой еще Пыж­ме! — Вла­димир Вла­дими­рович по­чувс­тво­вал, что схо­дит с ума. — Я про 2012-й год и юма­шев­ский днев­ник го­ворю!

— А-а, Тань­кин ЖЖ! — Борис Абра­мович ра­дос­тно рас­сме­ял­ся. — Все прос­то, Вова, ты у нас хро­мая уточ­ка. Мед­ве­дик на ве­лоси­педи­ке — то­же не пре­зидент ни­какой. По­это­му я тут нем­ножко раз­вил ак­тивность, ре­шил пой­ти кан­ди­дати­ком. Денеж­ку я уж как-ни­будь со­беру. А Тань­ка на­чала ме­ня пи­арить.

— И ты ту­да же? — у Вла­дими­ра Вла­дими­рови­ча поп­лы­ло в гла­зах, он по­весил труб­ку. Теле­фон тут же заз­во­нил вновь — на эк­ра­не воз­никла ра­дос­тная фо­тог­ра­фия Дмит­рия Мед­ве­дева. Путин на­жал зе­леную кноп­ку.

— Вован, я дол­го ду­мал... Давай-ка, на­вер­но, в 2012-м на вы­боры по от­дель­нос­ти пой­дем — пусть на­род сам вы­берет. Денег у те­бя, ко­неч­но, боль­ше, но я на пред­вы­бор­ную ком­па­нию уж где-ни­будь зай­му... У Бере­зы, нап­ри­мер. Как ду­ма­ешь? Вла­димир Путин, поб­леднев и пок­раснев од­новре­мен­но, уро­нил труб­ку.

— Ну, ты по­думай. А с Юма­шевой на­до что-то де­лать, Вова! Во-пер­вых, нес­прос­та она ак­ти­визи­рова­лась че­рез 10 лет. Во-вто­рых, у нее френ­дов боль­ше, чем у ме­ня! Вова, сде­лай что-ни­будь, по­жалуй­ста. А я по­ка, по­жалуй, пой­ду ее раз­френ­жу.

Вла­димир Вла­дими­рович утер пот с ли­ца ру­кавом до­рого­го пид­жа­ка, встал и про­шел­ся по ком­на­те. Хро­моты не бы­ло. Премь­ер-ми­нистр вновь обиль­но вспо­тел.

Нико­лай Пота­ту­ев,
«Полит-гра­мота»