В бли­жай­шем бу­дущем «Полит-гра­мота» обо­гатит­ся но­вой руб­ри­кой и су­щес­твен­но рас­ши­рит свою ге­ог­ра­фию. Сфе­ра мо­лодеж­ной по­лити­ки бур­лит от­нюдь не толь­ко в Мос­кве и Санкт-Петер­бурге, и мно­гие из пуб­ли­каций ПГ яв­ля­ют­ся то­му под­твержде­ни­ем. Но сто­лич­ной а­уди­тории не хва­та­ет пря­мого кон­такта с мо­лоды­ми ли­дера­ми из рос­сий­ских ре­ги­онов и вол­ну­юще­го рос­си­ян ближ­не­го за­рубежья. В рам­ках но­вой ра­ди­оруб­ри­ки мы пред­ло­жим ва­шему вни­манию имен­но жи­вой раз­го­вор — го­лос тех, кто в ре­аль­ном прос­транс­тве на­ходит­ся от нас на рас­сто­янии со­тен и ты­сяч ки­ломет­ров. Моло­дые ли­деры из Крас­но­яр­ска и Каза­ни, Укра­ины и Лат­вии по­делят­ся с на­ми сво­ей по­зици­ей, а мы с ва­ми чуть боль­ше уз­на­ем о си­ту­ации в собс­твен­ной не­объ­ят­ной стра­не и вче­раш­них «брат­ских рес­публи­ках».

Пер­вый вы­пуск «Со-ве­щания» мы раз­ме­ща­ем в руб­ри­ке «Пер­со­на», в а­удио- и тек­сто­вом фор­ма­тах. На но­вой вер­сии ПГ, ко­торая уви­дит свет в бли­жай­шем бу­дущем, «Со-ве­щание» ста­нет от­дель­ной, ис­клю­читель­но ра­дий­ной (а­удио-) руб­ри­кой.

Пер­вым ге­ро­ем «Со-ве­щания» стал крас­но­ярец Андрей Ско­вород­ни­ков — ис­тинно яр­кая и не­за­уряд­ная лич­ность, — зна­комый мно­гим ин­тернет-юзе­рам, в пер­вую оче­редь, по сво­ему бло­гу в «Живом жур­на­ле». Веду­щий руб­ри­ки Артем Мур­за­ков расс­про­сил Андрея о по­лити­чес­кой си­ту­ации в Крас­но­яр­ске, де­ятель­нос­ти мес­тных ак­ти­вис­тов «Дру­гой Рос­сии» и мно­гом дру­гом. Итак, пе­реда­ём сло­во ве­дуще­му.

— «Полит-гра­мота» пос­редс­твом Интер­не­та доб­ра­лась до Крас­но­яр­ска. Сегод­ня в на­шей де­бют­ной прог­рамме при­мет учас­тие Андрей Ско­вород­ни­ков — му­зыкант, по­литик, те­леве­дущий и из­вес­тный бло­гер. Для на­чала рас­ска­жите нам нем­но­го о се­бе — о твор­чес­тве, о му­зыке, о том, как приш­ли в по­лити­ку.

— Звать ме­ня, как вы уже ска­зали, Андрей Ско­вород­ни­ков, мне 29 лет, ро­дил­ся, вы­рос и жи­ву в Крас­но­яр­ске. Зани­ма­юсь му­зыкаль­ной де­ятель­ностью, у ме­ня есть своя панк-груп­па «Пара­нойя и Анге­дония». Зани­ма­юсь так­же ор­га­низа­ци­ей боль­шо­го ко­личес­тва крас­но­яр­ских кон­цертов — как мес­тных кол­лекти­вов, так и при­воз­ных. В ос­новном это ан­дер­гра­унд-груп­пы, хо­тя и мей­нстри­мовые кон­церты то­же ор­га­низу­ем. Кро­ме это­го я уже мно­го лет за­нима­юсь жур­на­лис­ти­кой, сей­час я ре­дак­тор нес­коль­ких пор­та­лов и крас­но­яр­ско­го из­да­тель­ско­го до­ма. Поми­мо все­го пе­речис­ленно­го за­нима­юсь и по­лити­кой — при­шел в 99-м го­ду. Как и мно­гие из тех, кто при­шел в тог­да еще не зап­ре­щен­ную «Наци­онал-боль­ше­вист­скую пар­тию», я ока­зал­ся вов­ле­чен­ным бла­года­ря ра­дикаль­ной му­зыке — че­рез лю­бовь и ува­жение к груп­пе «Граж­дан­ская обо­рона», их ак­ции «Рус­ский про­рыв». Пос­те­пен­но дви­жение офор­ми­лось во что-то бо­лее соз­на­тель­ное, бо­лее серь­ез­ное и со­лид­ное — как раз то, чем, на мой взгляд, и яв­ля­ет­ся сей­час «Дру­гая Рос­сия», ко­торая ста­ла в не­ко­ем ро­де за­меной зап­ре­щен­ной два го­да на­зад НБП. Вер­нее, «Дру­гая Рос­сия» — это неч­то бо­лее рас­ши­рен­ное и со­вер­шенное, ко­торое, так или ина­че, дол­жно бы­ло по­явить­ся. Исто­ричес­ки так сов­па­ло, что в этот пе­релом­ный мо­мент как раз зап­ре­тили «Наци­онал-боль­ше­вист­скую пар­тию», и те, кто до­рос­ли до но­вого эта­па раз­ви­тия, наш­ли се­бя имен­но в «Дру­гой Рос­сии», а те, кто не на­шел, ос­та­лись на свал­ке по­лити­чес­кой ис­то­рии стра­ны.

— Тог­да по­гово­рим как раз о «Дру­гой Рос­сии». У ме­ня сло­жилось впе­чат­ле­ние, что «Дру­гая Рос­сия» по су­ти уже не су­щес­тву­ет, она раз­ва­лилась. И са­мый боль­шой ос­ко­лок от «Дру­гой Рос­сии» — это дви­жение «Соли­дар­ность». Вы не счи­та­ете, что как та­ковой ко­али­ции уже нет, пос­коль­ку и Эду­ард Лимо­нов, и Кась­янов об этом го­вори­ли.

— «Дру­гая Рос­сия» — это не толь­ко ко­али­ция. Изна­чаль­но это был свод иде­оло­гичес­ких, по­лити­чес­ких, эко­номи­чес­ких идей Эду­ар­да Лимо­нова. Сущес­тву­ет од­но­имён­ная кни­га, ко­торую он на­писал в тюрь­ме. На ос­но­ве этой кни­ги соз­да­вались оп­ре­делен­ная по­лити­чес­кая иде­оло­гия, по­лити­чес­кая ор­га­низа­ция. Идея про­тиво­пос­тавле­ния той сов­ре­мен­ной стра­не, в ко­торой мы сей­час на­ходим­ся, сос­та­вила ос­но­ву «Дру­гой Рос­сии», и дру­гим по­лити­чес­ким ор­га­низа­ци­ям — и пра­вым, и ле­вым, всем — бы­ло пред­ло­жено раз­де­лить эту идею, при­со­еди­нить­ся к ней. В ка­кой-то мо­мент соз­да­ние ко­али­ции да­же на­чало уда­вать­ся — ког­да приш­ли Кась­янов и Кас­па­ров, ког­да нас­ту­пал пе­ри­од пре­зидент­ских и дум­ских вы­боров. И об­ра­зова­лась ил­лю­зия, что у оп­по­зиции мо­жет что-то по­лучить­ся. Но, к со­жале­нию, все по­луча­лось хо­рошо на сло­вах, а ког­да пот­ре­бова­лись кон­крет­ные ре­шения и дей­ствия, они прос­то-нап­росто пе­рет­ру­сили. Ког­да нуж­но бы­ло, к при­меру, за­явить о том, что Наци­ональ­ная Ассам­блея яв­ля­ет­ся ре­аль­ным, пре­тен­ду­ющим на что-то по­лити­чес­ким ор­га­ном, это­го не про­изош­ло, и все ска­тилось к бол­товне и бу­маго­мара­тель­ству. К со­жале­нию, то же са­мое про­ис­хо­дит и с ны­неш­ней ли­бераль­ной ко­али­ци­ей. Сей­час «Дру­гая Рос­сия» — это вновь, как и три го­да на­зад, дви­жение, а не ко­али­ция, но, по край­ней ме­ре, дви­жение ос­та­ет­ся ре­аль­ной по­лити­чес­кой си­лой. Пусть и не та­кой, ка­кой мог­ла бы быть, ос­тань­ся мы все вмес­те, но тем не ме­нее ре­гуляр­но про­водят­ся раз­личные ак­ции, о «Дру­гой Рос­сии» слыш­но. И вид­ны ре­аль­ные де­ла — в от­ли­чие от «Соли­дар­ности», где по­мимо оче­ред­ной пор­ции за­яв­ле­ний как-то ни­чего не наб­лю­да­ет­ся.

— Вы сей­час го­вори­ли об иде­оло­гии. «Еди­ную Рос­сию» час­то уп­ре­ка­ют в том, что иде­оло­гии у пар­тии нет. Какая мо­жет быть иде­оло­гия у «Дру­гой Рос­сии», ес­ли это смесь ли­бера­лов, на­ци­онал-боль­ше­виков (ко­торых ли­бера­лами не наз­вать), со­ци­ал-де­мок­ра­тов? Как мо­жет та­кая раз­но­шерс­тная мас­са иметь хоть ка­кую-то иде­оло­гию? Иде­оло­гия про­тес­та — это все же нем­но­го не то.

— Тем не ме­нее есть ба­зис­ные прин­ци­пы, ко­торые мо­гут объ­еди­нять. Что сей­час нуж­но и ле­вым, и пра­вым, и цен­трис­там, и оп­по­зиции? Нуж­ны сво­бода сло­ва, сво­бода прес­сы, сво­бод­ные вы­боры, неп­ресле­дова­ние по по­лити­чес­ким мо­тивам. Все лег­ко и прос­то. Дай­те нам сво­бод­ные вы­боры, воз­можность сво­бод­но жить, ис­полне­ние за­конов, в том чис­ле Кон­сти­туции. А даль­ше мы уже мо­жем все прий­ти в пар­ла­мент, ес­ли нас ту­да вы­берет на­род, и там мы уже пос­по­рим и за иде­оло­гию, и за то, как жить, по­чему жить и за­чем. Вок­руг дан­ных ба­зис­ных для фак­ти­чес­ки лю­бого дви­жения прин­ци­пов и об­ра­зовы­валась ко­али­ция на ос­но­ве дви­жения, соз­данно­го Эду­ар­дом Лимо­новым. Сей­час ко­али­ция, к со­жале­нию, су­щес­тво­вать пе­рес­та­ла, но «Дру­гая Рос­сия» се­год­ня так­же го­това сот­рудни­чать со все­ми си­лами — ве­дет­ся ра­бота с на­ци­она­лис­та­ми, ком­му­нис­та­ми. По су­ти, отой­дя от шо­ка про­шед­ших вы­боров и ис­пу­га ли­бера­лов, «Дру­гая Рос­сия» сно­ва на­бира­ет обо­роты, но в бо­лее ка­чес­твен­ном ви­де. Все-та­ки оп­ре­делен­ные ошиб­ки бы­ли уч­те­ны, и в бу­дущем они, на­де­юсь, не пов­то­рят­ся.

— Я вас слу­шаю, и скла­дыва­ет­ся ощу­щение, что «Дру­гая Рос­сия» — это аль­тер­на­тив­ное наз­ва­ние НБП. Так ли это?

— Не сов­сем. «Наци­онал-боль­ше­вист­ская пар­тия» в ап­ре­ле 2007 го­да ре­шени­ем мос­ков­ско­го ок­ружно­го су­да бы­ла зап­ре­щена, и, ес­тес­твен­но, не сме­нив наз­ва­ние, мы не смог­ли бы даль­ше су­щес­тво­вать — это бы­ло бы не­закон­но. Хотя мы не счи­та­ем дан­ное су­деб­ное ре­шение оп­равдан­ным. Но, в лю­бом слу­чае, НБП бы­ла бо­лее ра­дикаль­ной ор­га­низа­ци­ей, с бо­лее ра­дикаль­ной иде­оло­ги­ей. Да, «Дру­гая Рос­сия» унас­ле­дова­ла от на­ци­онал-боль­ше­виз­ма сме­лость, ре­шитель­ность, ак­ции пря­мого дей­ствия, ис­крен­ность и не­под­купность. Но се­год­ня мы пред­став­ля­ем бо­лее ши­рокую, бо­лее дос­тупную иде­оло­гию, «Дру­гая Рос­сия» в боль­шей сте­пени по­вер­ну­та к мас­сам. НБП бы­ла бо­лее уто­пичес­кой, она не бы­ла бы вос­при­нята боль­шинс­твом на­селе­ния. А «Дру­гая Рос­сия» прос­то вы­нуж­де­на су­щес­тво­вать се­год­ня в ра­дикаль­ных рам­ках, хо­тя, ес­ли бы ей не ме­шали зап­ре­тами, это бы­ла бы сов­ре­мен­ная пар­тия с сов­ре­мен­ной иде­оло­ги­ей, с от­личным, на мой взгляд, кад­ро­вым сос­та­вом, ко­торая мог­ла бы очень мно­гое сде­лать на бла­го на­шей стра­ны. Прос­то нам сей­час это де­лать не да­ют.

— Воз­вра­ща­юсь к ко­али­ции. Наци­онал-боль­ше­вики про­води­ли в свое вре­мя мно­го ак­ций про­тив Миха­ила Кась­яно­ва и в ка­чес­тве премь­ера его от­ри­цали. Как пос­ле это­го воз­можно бы­ло сот­рудни­чес­тво с дан­ным пер­со­нажем?

— Миха­ил Кась­янов был прос­то од­ним из лю­дей сис­те­мы на тот мо­мент, это бы­ла пре­тен­зия не к кон­крет­но­му че­лове­ку, а к сис­те­ме как та­ковой. Он за­нимал премь­ер­ский пост, т. е. был че­лове­ком из выс­шей го­сударс­твен­ной влас­ти. При­чем Кась­янов, в от­ли­чие от дру­гих лю­дей, про­тив ко­торых бы­ли про­веде­ны ак­ции пря­мого дей­ствия, — ес­ли не оши­ба­юсь, Наталья Чер­но­ва в не­го ки­дала про­дук­та­ми, — на­писал за­яв­ле­ние, что «не име­ет пре­тен­зий». Т. е. де­вуш­ку за­дер­жа­ли и хо­тели су­дить, и он единс­твен­ный из всех фи­гуран­тов ак­ций пря­мого дей­ствия не стал да­вать ход су­деб­но­му про­цес­су. Тот же Фур­сенко, ког­да крас­но­яр­ский ком­му­нист ки­нул в не­го яй­цо, не хо­дил, не уз­на­вал, где на­ходит­ся его обид­чик, что­бы от­пустить из-под ад­ми­нис­тра­тив­но­го арес­та. Ког­да бы­ла ак­ция зах­ва­та при­ем­ной пре­зиден­та Рос­сий­ской Феде­рации, Путин же не по­шел, не ска­зал, что он ви­дит в этом не бо­лее чем пуб­личную ак­цию, не про­сил лю­дям не да­вать сро­ки. И так да­лее. Кась­янов как раз единс­твен­ный из всех, кто по­казал се­бя в этой си­ту­ации по­рядоч­ным че­лове­ком. Конеч­но, он был по­рочен, так же, как и вся сис­те­ма, — ни боль­ше, ни мень­ше. Но ког­да на­чали сов­сем уже зак­ру­чивать гай­ки, то он все-та­ки по­нял, на чь­ей сто­роне нуж­но быть. Он выб­рал не сто­рону влас­ти, а сто­рону на­рода, за что и был вы­шиб­лен из по­лити­ки. Т. е. че­ловек на­конец на­чал ис­кать для се­бя путь по­рядоч­ности. Естес­твен­но, прош­лое у не­го бы­ло не нас­толь­ко тем­ным, что­бы мож­но бы­ло ска­зать, что мы-де да­же не про­тянем ру­ки, не бу­дем с ва­ми ни­ко­им об­ра­зом сот­рудни­чать. Людей ведь су­дят по де­лам, че­ловек име­ет пра­во ис­ку­пить свои ошиб­ки — и Кась­янов пы­тал­ся это сде­лать, но, к со­жале­нию, опять же, у не­го не хва­тило на это сил. И сей­час Миха­ил Кась­янов фак­ти­чес­ки ни­како­го вли­яния на по­лити­ку не ока­зыва­ет.

— Давай­те по­гово­рим о Крас­но­яр­ске и о том, чем кон­крет­но за­нима­етесь вы как по­литик. Какие ме­роп­ри­ятия, ак­ции вы про­води­те в Крас­но­яр­ске?

— Крас­но­ярск — го­род не нас­толь­ко ма­лень­кий, я на­де­юсь, что­бы быть не­из­вес­тным, по­это­му боль­шое вступ­ле­ние де­лать не бу­ду. Это поч­ти мил­ли­он­ный го­род, на­ходя­щий­ся в Сиби­ри. Навер­ное, как и в боль­шинс­тве на­селен­ных пун­ктов в Рос­сии, у нас есть ка­кие-то по­лити­чес­кие пар­тии, но­миналь­но пар­тия влас­ти в ли­це «Еди­ной Рос­сии», но­миналь­но оп­по­зиция в ли­це КПРФ. Где-то у нас да­же есть ЛДПР и быв­ший СПС. Но фак­ти­чес­ки про­ис­хо­дит сле­ду­ющее — две ри­ту­аль­ные ак­ции, 1 мая и 7 но­яб­ря, от­дель­ные всплес­ки ак­тивнос­ти «Еди­ной Рос­сии», обыч­но под вы­боры, вре­мя от вре­мени про­веде­ние сво­их ак­ций ра­дикаль­ной оп­по­зици­ей. Дру­гой по­лити­чес­кой жиз­ни в го­роде нет. И то, по­лити­чес­ких инс­тру­мен­тов вли­яния оп­по­зиция на дан­ный мо­мент ли­шена, по­это­му при­ходит­ся дей­ство­вать уз­ко­нап­равлен­но. Ска­жем, мы не име­ем воз­можнос­ти выд­ви­гать свои по­лити­чес­кие тре­бова­ния ина­че, не­жели в кон­тек­сте име­ющих кон­крет­ную со­ци­аль­ную нап­равлен­ность ак­ций. На дан­ный мо­мент, как мне ви­дит­ся, есть два ре­зуль­та­тив­ных фор­ма­та — это под­дер­жка оп­ре­делен­ных фе­дераль­ных про­ек­тов, нап­ри­мер, Дня не­сог­ласных. По трид­цать пер­вым чис­лам в Крас­но­яр­ске то­же про­водят­ся ми­тин­ги и пи­кеты, на Пло­щади Рево­люции. И ре­шение ка­ких-то бо­лее ло­каль­ных проб­лем.

Воп­рос, за ко­торый мы со­бира­ем­ся в бли­жай­шее вре­мя взять­ся — это воп­рос о сво­бод­ной про­даже пи­ва. Крас­но­яр­ский го­род­ской со­вет по­лучил за­коноп­ро­ект, в ко­тором пред­ла­галось ог­ра­ничить сво­бод­ную про­дажу пив­ных на­пит­ков. Нап­ри­мер, про­дажу пос­ле один­надца­ти ча­сов ве­чера, воз­ле об­ра­зова­тель­ных уч­режде­ний, то есть он су­щес­твен­но ог­ра­ничил бы воз­можность рас­простра­нения пив­но­го ал­ко­голиз­ма. К со­жале­нию, дан­ный за­коноп­ро­ект был от­кло­нен гос­со­ветом под со­вер­шенно смеш­ны­ми пред­ло­гами. В го­роде сло­жилась ин­те­рес­ная си­ту­ация — фак­ти­чес­ки че­рез до­рогу от на­шей ад­ми­нис­тра­ции на­ходит­ся Пло­щадь те­ат­ра опе­ры и ба­лета, где каж­дый про­хожий че­ловек со­бира­ет сот­ню лю­дей, что­бы ту­по на­бухать­ся пи­вом и по­кидать бу­тыл­ки. Каж­дый ве­чер мас­со­вая пь­ян­ка. Мили­ция, цен­траль­ное РУВД то­же бук­валь­но в нес­коль­ких квар­та­лах, но, к со­жале­нию, на все это зак­ры­ва­ют­ся гла­за. С этим нуж­но бо­роть­ся на за­коно­датель­ном уров­не. И, раз ини­ци­ати­ва гос­со­вета ис­сякла, мы бу­дем прив­ле­кать к си­ту­ации об­щес­твен­ное вни­мание.

Еще при­мер од­ной из на­ших со­ци­аль­ных ак­ций — у нас в Ака­дем­го­род­ке со­бира­лись вы­рубать бе­резо­вую ро­щу под оче­ред­ное су­мас­шедшее стро­итель­ство. Мы по­мога­ли мес­тной ини­ци­атив­ной груп­пе граж­дан по­давать уве­дом­ле­ния, ра­ботать с прес­сой. То есть мы бе­рем кон­крет­ную проб­ле­му и, опи­ра­ясь на свой опыт, по­мога­ем лю­дям. Мы по­нима­ем, что сам по се­бе вы­ход двух-трех де­сят­ков по­лити­чес­ких ак­ти­вис­тов ма­ло что ре­ша­ет, по­это­му важ­но прив­ле­кать об­щес­твен­ность к сво­им де­лам, ли­бо че­рез ак­ции, ли­бо нап­ря­мую прив­ле­кать лю­дей. К со­жале­нию, лю­ди у нас, как и вез­де в стра­не, до­воль­но инер­тные. Нап­ри­мер, бы­ла си­ту­ация, ког­да мне зво­нили из ра­зорив­ше­гося «Крас Эйр» с прось­бой по­мочь, в а­эро­пор­те всех уволь­ня­ют, в но­вую струк­ту­ру бе­рут с по­нижен­ным ок­ла­дом, да и то не всех. Я го­ворю, от­лично, да­вай­те про­ведем ак­цию, это го­рячая те­ма — пи­кет нап­ро­тив Зако­нода­тель­но­го Соб­ра­ния. Вы при­дете — нес­коль­ко сот уво­лен­ных че­ловек. Естес­твен­но, го­ворю, та­кая мас­са лю­дей смо­жет по­бороть­ся за свое пра­во. Они го­ворят, нет, мы не вый­дем, вый­ди­те, по­жалуй­ста, вы. Мы бо­им­ся, вдруг нас на но­вом мес­те не при­мут. Полу­ча­ет­ся, как в пес­не груп­пы «Адап­та­ция»: «Серость спа­сет эту власть». Вот эта се­рость, ра­болепс­тво, эти страх и бо­язнь — они, к со­жале­нию, при­сутс­тву­ют, как и вез­де в Рос­сии. По­это­му и по­луча­ет­ся у нас в стра­не, что в каж­дом го­роде есть нес­коль­ко де­сят­ков по­лити­чес­ких ак­ти­вис­тов, есть ка­кие-то те­мы, ко­торые им уда­ет­ся под­нять, но в об­щем и це­лом, как и вез­де, — не­кое та­кое по­лити­чес­кое бо­лото и без­вре­менье.

— Что ин­те­рес­но, вы мно­го го­вори­те о не­кой цен­зу­ре, од­на­ко же ве­дете свой те­леб­лог на мес­тном те­лека­нале ТВЦ. То есть на те­леви­дение вы как-то про­бились, мо­жет, и нет цен­зу­ры ни­какой?

— Вы мно­го ви­дели оп­по­зици­он­ных по­лити­ков, ко­торые про­бились на те­леви­дение? Да, бы­ва­ют слу­чай­нос­ти, нап­ри­мер, тот же Захар При­лепин да­же с Пути­ным, бы­ло де­ло, встре­тил­ся, но ведь это еди­нич­ные слу­чаи. Да, я ве­ду на мес­тном ТВЦ раз в не­делю свой те­леб­лог, но ка­кие дру­гие по­лити­ки мо­гут это сде­лать? Поче­му мы не ви­дим, нап­ри­мер, те­леб­лог Эду­ар­да Лимо­нова? Конеч­но, за счет бо­лее-ме­нее нор­маль­но­го кли­мата на мес­тах, бо­лее-ме­нее ло­яль­но­го от­но­шения ру­ководс­тва от­дель­ных СМИ, бла­года­ря из­вес­тнос­ти и та­лан­ту от­дель­ных жур­на­лис­тов вре­мена­ми уда­ет­ся про­бить­ся и вес­ти ка­кие-то пе­реда­чи, но это, к со­жале­нию, не име­ет сис­те­мы. Если смот­реть в це­лом, нам ос­та­вили па­ру от­ду­шин — те же РЕН-ТВ, «Эхо Мос­квы».

— Но их прак­ти­чес­ки ник­то не слу­ша­ет. У ме­ня есть чет­кая по­зиция на счет те­леви­дения/ра­дио и по­лити­ки — ту­да приг­ла­ша­ют­ся лю­ди, ко­торые име­ют оп­ре­делен­ный ав­то­ритет, вес. Это как с фут­бо­лом — те­лека­налы не бу­дут по­казы­вать матч, ска­жем, «»Шин­ник» — «Кубань»», а ско­рее по­кажут «»Зенит» — ЦСКА». Так же и здесь, по­чему дол­жны приг­ла­шать по­лити­ков, ко­торые в прин­ци­пе не­из­вес­тны? Поче­му их дол­жны де­лать ис­кусс­твен­но из­вес­тны­ми?

— Поче­му в та­ком слу­чае во вре­мя пред­вы­бор­ной кам­па­нии, ког­да кан­ди­даты, сог­ласно за­кону, дол­жны по­лучить рав­ный дос­туп к эфи­ру, мы ви­дим, как 90% за­няты под дей­ству­юще­го пре­зиден­та и его пре­ем­ни­ка. Еще пол­го­да до вы­боров пре­ем­ник был ни­кому не из­вестен, по­чему его мож­но де­лать ис­кусс­твен­но из­вес­тным, а дру­гих нель­зя? И, опять же, кто при­нима­ет ре­шение о сте­пени из­вес­тнос­ти то­го или ино­го по­лити­ка — мо­жет быть, Лимо­нов не­из­вес­тный по­литик?

— Лимо­нов, на мой взгляд, ско­рее из­вес­тный пи­сатель, я сам очень люб­лю его кни­ги. Сей­час как раз Дмит­рий Мед­ве­дев вы­пус­тил оп­ре­делен­ные ука­зы о том, что­бы у всех по­лити­чес­ких пар­тий был рав­ный дос­туп к те­леви­дению. Как вы оце­нива­ете дан­ную ини­ци­ати­ву и дан­ные за­коноп­ро­ек­ты?

— К со­жале­нию, указ я по­ка еще не чи­тал, но рав­ный дос­туп к те­леви­дению у нас и в Кон­сти­туции про­писан, и в Зако­не о СМИ. Поче­му мы го­ворим о том, что у нас по­лицей­ское го­сударс­тво? В том чис­ле по­тому, что у нас пре­зидент руч­ны­ми ука­зами обя­зан пов­то­рять то, что у нас уже за­ложе­но в за­коно­датель­стве, что и так дол­жно вы­пол­нять­ся. Да, хо­рошо, что он прод­ви­га­ет ка­кие-то ини­ци­ати­вы, но по­дож­дем ре­аль­ных дей­ствий. Ког­да мы уви­дим, что у нас не то­таль­ная рек­ла­ма «Еди­ной Рос­сии» идет, а се­год­ня по­каза­ли сю­жет о том, что сде­лала «Еди­ная Рос­сия», зав­тра — КПРФ, а за­тем о том, что сде­лала «Дру­гая Рос­сия», еще ка­кая-то по­лити­чес­кая ор­га­низа­ция, тог­да да. Все-та­ки в по­лити­чес­кой жиз­ни стра­ны все по­лити­чес­кие си­лы учас­тву­ют дос­та­точ­но рав­но­мер­но, да­же нес­мотря на раз­ное ко­личес­тво ре­сур­сов, а вот рав­но­го дос­ту­па к СМИ мы не ви­дим. Воз­вра­ща­ясь к при­меру фут­бо­ла, ког­да го­ворит­ся о том, по­чему по цен­траль­но­му ка­налу по­казы­ва­ют, ска­жем, «»Зенит» — «Спар­так»», а не мес­тные клу­бы — но ведь по мес­тным ка­налам мы по­чему-то то­же дол­жны наб­лю­дать борь­бу «Зени­та» и «Спар­та­ка», а не борь­бу мес­тных ко­манд. То же са­мое и с оп­по­зици­ей, по­чему же мы не ви­дим мес­тных оп­по­зици­он­ных по­лити­ков, хо­тя они ведь то­же есть.

— Вас, по край­ней ме­ре, вид­но. Хоте­лось бы нес­коль­ко сме­нить те­му — вы чи­тали статью Дмит­рия Мед­ве­дева «Рос­сия, впе­ред»?

— Я чи­тал пер­вые три статьи Мед­ве­дева, но по­том ста­ло нем­но­го скуч­но, ес­ли чес­тно. Опять же, да, у не­го хо­рошие идеи, мол, впе­ред-впе­ред, но я ус­тал от слов — хо­чет­ся уви­деть кон­крет­ные де­ла. За де­сять лет до это­го слу­шал сло­ва о том, как у нас пу­тин­ская Рос­сия бу­дет ид­ти впе­ред, до это­го Ель­цин рас­ска­зывал о де­мок­ра­тии и сво­боде. Но ведь лю­ди оце­нива­ют власть по ре­аль­ным де­лам. Ког­да сло­во и де­ло по­лити­ка сой­дут­ся вмес­те, тог­да бу­дет хо­рошо. Если бы это был по­бедив­ший на ре­аль­ных де­мок­ра­тичес­ких вы­борах пре­зидент, я бы ап­ло­диро­вал, чи­тая все это. А по­ка же от­но­шусь с не­дове­ри­ем по той прос­той при­чине, что он пре­ем­ник ны­неш­ней влас­ти, нас­ледник пу­тин­ско­го де­сяти­летия. Прос­то на сло­во я Мед­ве­деву не по­верю, а вот ког­да он нач­нет эти сло­ва о Рос­сии, иду­щей впе­ред, прет­во­рять в жизнь, тог­да да. Оста­нет­ся лишь ска­зать спа­сибо за но­вый курс но­вого пре­зиден­та.

— Нас­чет ре­аль­ных дел — «Еди­ная Рос­сия» по­зици­они­ру­ет се­бя как пар­тия ре­аль­ных дел и под этим ло­зун­гом ка­кие-ни­какие, но вы­боры вы­иг­ры­ва­ет. Как вы это про­ком­менти­ру­ете?

— Ког­да «Еди­ная Рос­сия» по­луча­ет в Чеч­не 90% при ана­логич­ной яв­ке из­би­рате­лей, ве­рит­ся в это с тру­дом. Или, как в Мор­до­вии, 113%, что фи­зичес­ки не­воз­можно. А что ка­са­ет­ся пар­тии ре­аль­ных дел — они лю­бят пи­сать, ког­да где-то пос­тро­или но­вую до­рогу, мол, пос­тро­ила «Еди­ная Рос­сия», еще что-то бла­года­ря им сде­лали/пос­тро­или. Но ког­да нас­ту­па­ет эко­номи­чес­кий кри­зис, по­чему же пар­тия влас­ти, име­ющая боль­шинс­тво в пар­ла­мен­те и пред­став­ленная в дру­гих ор­га­нах влас­ти, не пи­шет, мол, а вот это, ува­жа­емые граж­да­не, кри­зис, це­ны и пен­сии «Еди­ной Рос­сии». Поче­му-то они уме­ют и лю­бят при­писы­вать се­бе все хо­рошее, но не лю­бят от­ве­чать за лю­бые ко­сяки.

— Тут я с ва­ми не сог­ла­шусь, в той же статье Мед­ве­дева, ко­торую мы об­сужда­ли, пре­зидент пря­мо го­ворит о до­пущен­ных ошиб­ках.

— Но ведь это Мед­ве­дев го­ворит, а не «Еди­ная Рос­сия».

— Сущес­тву­ют все-та­ки оп­ре­делен­ные па­рал­ле­ли меж­ду «Еди­ной Рос­си­ей» и пре­зиден­том, вам так не ка­жет­ся?

— Нет, я вот не пом­ню, что­бы Мед­ве­дев всту­пал в «Еди­ную Рос­сию» и го­ворил, что он кан­ди­дат от ЕР.

— Лад­но, хо­телось бы сме­нить те­му, за­кон­чив на­ше ин­тервью те­мой Года мо­лоде­жи. Как вы оце­нива­ете про­веде­ние Года мо­лоде­жи и ста­рания под­чи­нен­ных Васи­лия Яке­мен­ко? Как во­об­ще Год мо­лоде­жи про­шел в Сиби­ри? В Петер­бурге, нап­ри­мер, он про­шел, на мой взгляд, бе­зоб­разно. Воз­можно, в ре­ги­онах иная кар­ти­на, очень хо­телось бы об этом уз­нать.

— Во­об­ще я счи­таю, что луч­шая по­зиция влас­ти в этом воп­ро­се — это осо­бо не вме­шивать­ся в де­ла мо­лоде­жи, прос­то под­держи­вая их ини­ци­ати­вы. Из офи­ци­аль­ных про­ек­тов есть неп­ло­хой, хоть и проп­ра­витель­ствен­ный, ла­герь для ини­ци­атив­ной мо­лоде­жи на ре­ке Бирю­са. Да, там, ко­неч­но, ве­дет­ся про­паган­да пар­тии влас­ти и то­му по­доб­ное, но в це­лом это боль­шой ла­герь, где есть и тру­довые от­ря­ды, и что-то твор­ческое. Каж­дый год ту­да съ­ез­жа­ет­ся нес­коль­ко ты­сяч че­ловек, про­водит вре­мя хо­рошо и с поль­зой. Так­же есть прос­то боль­шие офи­ци­аль­ные про­ек­ты ти­па му­зыкаль­ных фес­ти­валей. Здесь власть нас то­же в чем-то под­держи­ва­ет, в чем-то кон­тро­лиру­ет, но все это ре­али­зу­ет­ся, в пер­вую оче­редь, си­лами са­мих му­зыкан­тов, дру­гих твор­ческих лю­дей, и это хо­рошо. Все, что нам нуж­но, это что­бы нам не ме­шали и что­бы бы­ла под­дер­жка го­сударс­тва там, где есть воз­можность. А не так, что­бы власть пы­талась все кон­тро­лиро­вать и про­водить офи­ци­оз­ные шаб­лонные ме­роп­ри­ятия. Моло­дежь — это та­кая раз­но­шерс­тная пуб­ли­ка, ко­торую не нуж­но за­гонять в ка­кие-то оп­ре­делен­ные рам­ки, выс­тра­ивать в ше­рен­ги и го­ворить, мол, вот у нас мар­ши­ру­ет Год мо­лоде­жи, кто не мо­жет, тот не мо­лодежь — кыш из строя. То есть глав­ное, что­бы не ме­шали, и лад­но. Нам силь­но не ме­шали, ини­ци­ати­вы не по­дав­ля­ли. Осо­бых ме­роп­ри­ятий по Году мо­лоде­жи, мо­жет быть, и не чувс­тво­валось, но у нас в Сиби­ри мо­лодежь всег­да бы­ла ше­бут­ная в хо­рошем смыс­ле это­го сло­ва, ини­ци­атив­ная. Осо­бого рыв­ка и бур­ле­ния имен­но в этот год не бы­ло, прос­то бур­ле­ние у нас есть всег­да — бы­ло и до ны­неш­не­го го­да, бу­дет и пос­ле.

— Боль­шое спа­сибо, очень ин­те­рес­но бы­ло с ва­ми по­об­щать­ся, уз­нать ва­шу точ­ку зре­ния. Наде­юсь, на­шим слу­шате­лям то­же.

«Полит-гра­мота»,
фо­то из лич­ных ар­хи­вов Андрея Ско­вород­ни­кова