Мэр Меги­она, го­рода в Хан­ты-Ман­сий­ском АО, при­над­ле­жит к по­коле­нию лю­дей но­вой фор­ма­ции. Он учил­ся за гра­ницей, вла­де­ет инос­тран­ны­ми язы­ками, а мэ­ром стал в 32 го­да, по­бедив на вы­борах пред­ста­вите­ля «Еди­ной Рос­сии». До не­го лег­ко дос­ту­чать­ся, и он с охо­той да­ет ин­тервью. А во вре­мя бе­седы пред­по­чита­ет, что­бы об­ра­щались к не­му по име­ни, без от­чес­тва.

— Алек­сандр, в од­ном ин­тервью Вы приз­на­лись, что Ваша де­ятель­ность на пос­ту мэ­ра — это не по­лити­ка. Вы да­же наз­ва­ли се­бя «зав­хо­зом». Поче­му?

— Это от­но­сит­ся не толь­ко ко мне. Любой мэр, ес­ли толь­ко он не мэр круп­но­го го­рода-мил­ли­он­ни­ка, в про­цес­се сво­ей де­ятель­нос­ти вы­пол­ня­ет, во-пер­вых, фун­кции зав­хо­за, во-вто­рых, фун­кции «но­сите­ля» во­ли ре­ги­ональ­ной влас­ти. К со­жале­нию, се­год­ня мэ­ры вос­при­нима­ют се­бя как низ­шую часть «вер­ти­кали влас­ти», как под­чи­нен­ных гу­бер­на­торов и да­лее. Хотя на са­мом де­ле, по Кон­сти­туции, му­ници­паль­ная власть не яв­ля­ет­ся го­сударс­твен­ной, от нее от­де­лена и яв­ля­ет­ся фор­мой на­родов­ластия, властью лю­дей, про­жива­ющих на кон­крет­ных тер­ри­тори­ях. У граж­дан нет по­нима­ния су­ти мес­тно­го са­мо­уп­равле­ния. И нет по­нима­ния у са­мих мэ­ров, ведь в ос­новном все они вы­рос­ли из со­вет­ских вре­мен, где бы­ла пар­тий­ная сис­те­ма, где бы­ла жес­ткая вер­ти­каль. И пси­холо­гия у них со­от­ветс­тву­ющая — они до сих пор счи­та­ют се­бя под­чи­нен­ны­ми ре­ги­ональ­ной влас­ти. А мы не яв­ля­ем­ся ее частью, не под­чи­ня­ем­ся ей. На бу­маге, в Кон­сти­туции, кон­фи­гура­ция пра­виль­но про­писа­на, а в ре­аль­нос­ти все по-дру­гому по­луча­ет­ся. По­это­му и при­ходит­ся вы­пол­нять фун­кции зав­хо­за, не имея на ре­аль­ную ра­боту по раз­ви­тию тер­ри­тории ни пол­но­мочий, ни ре­сур­сов.

— Вы го­вори­те о ре­сур­сах... Каких имен­но ре­сур­сов не хва­та­ет му­ници­палам, что­бы вы­рас­ти из «зав­хо­зов» в по­лити­ки?

— Мес­тной влас­ти не хва­та­ет, преж­де все­го, фи­нан­со­вой не­зави­симос­ти. У нас нет ни ад­ми­нис­тра­тив­ной, ни по­лити­чес­кой са­мос­то­ятель­нос­ти. Мы не оп­ре­деля­ем те пра­вила, по ко­торым мы жи­вем. И, ис­хо­дя из то­го, что у нас нет средств для удов­летво­рения тех пот­ребнос­тей граж­дан, ко­торые есть в го­родах, мы по­луча­ем ог­ромный во­рох проб­лем и не­допо­нима­ния. Если мы пос­мотрим на ста­тис­ти­ку, то уви­дим, что мэ­ры — это те пред­ста­вите­ли влас­ти, ко­торые поль­зу­ют­ся на­имень­шим до­вери­ем у на­рода. Пото­му что лю­ди при­ходят к гла­вам го­родов и го­ворят: «Пре­зидент же ска­зал да­вать жилье, зна­чит, нуж­но да­вать его». А в ме­ханиз­мы пре­дос­тавле­ния это­го жилья, в фи­нан­со­вую сис­те­му обес­пе­чения ре­али­зации тех по­сылов, ко­торые сып­лются с те­ле­эк­ра­нов, ник­то вни­кать не хо­чет. Мало кто зна­ет, что дей­ству­ющие за­коны нам во­об­ще не поз­во­ля­ют это­го де­лать. То есть воз­можнос­тей для ре­али­зации обя­затель­ств, ко­торые тран­сли­ру­ет об­щес­тву власть фе­дераль­но­го уров­ня, — фи­нан­со­вых, ад­ми­нис­тра­тив­ных — у ор­га­нов мес­тно­го са­мо­уп­равле­ния нет. Отчас­ти из-за на­личия тол­стен­ной прос­лой­ки в ви­де ре­ги­ональ­ных влас­тей, ко­торые «ру­лят» му­ници­пали­тета­ми.

— К ка­кому по­лити­чес­ко­му фрон­ту вы се­бя от­но­сите?

— Что ка­са­ет­ся по­лити­чес­ких убеж­де­ний, то мне дос­та­точ­но слож­но по­дог­нать их под од­ну ка­тего­рию. В мо­ем от­но­шении к то­му, как дол­жны раз­ви­вать­ся го­сударс­тво и об­щес­тво, есть, по­мимо тра­дици­он­ных де­мок­ра­тичес­ких воз­зре­ний, и эле­мен­ты ком­му­нис­ти­чес­кой иде­оло­гии, и ли­бераль­ной, и да­же на­ци­онал-боль­ше­вист­ской. Важ­но не то, как се­бя на­зывать, а то, как фун­кци­они­ру­ют стра­ны, поз­во­лив­шие при­менить к се­бе ту или иную док­три­ну.

И, что­бы сра­зу бы­ло по­нят­но, я не под­держи­ваю ЕР, ни­ког­да не под­держи­вал и вряд ли ког­да-ни­будь бу­ду под­держи­вать. Ког­да я шел на вы­боры, я выс­ту­пал с от­кры­той кри­тикой «Еди­ной Рос­сии». Мо­им оп­по­нен­том был дей­ству­ющий на тот мо­мент мэр, ли­дер мес­тно­го от­де­ления дан­ной пар­тии, ко­торо­го я, так ска­зать, вы­шиб в про­цес­се борь­бы. Потом ру­ководс­тво ЕР сов­мес­тно с ок­ружной властью выс­та­вило про­тив ме­ня дру­гого еди­норос­са. Я его то­же по­бедил. У ме­ня с этой пар­ти­ей дос­та­точ­но дав­ние слож­ные от­но­шения. Думаю, се­год­ня уже всем по­нят­на не­эф­фектив­ность ЕР. И все пло­хие эпи­теты, ко­торые мо­гут прий­ти на ум, зак­ре­пились уже не толь­ко в мо­ем соз­на­нии, но и в соз­на­нии масс.

— А в чем сос­то­ит не­эф­фектив­ность прес­ло­вутой «вер­ти­кали влас­ти»?

— Луч­ше ска­жите, в чем ее эф­фектив­ность! Какие про­из­водс­тва соз­да­ли, ка­кие рын­ки зах­ва­тили, ка­ких спе­ци­алис­тов вос­пи­тали, ка­кие тех­но­логии раз­ра­бота­ли, как ка­чес­тво жиз­ни улуч­ши­ли? Это же ужас, ког­да го­сударс­твен­ные чи­нов­ни­ки вы­ход из кри­зиса свя­зыва­ют с уве­личе­ни­ем це­ны на нефть и ждут это­го, как ман­ны не­бес­ной. «Вер­ти­каль влас­ти» сто­ит на го­лове, а дол­жна сто­ять на но­гах. То есть го­сударс­тво стро­ит­ся на мак­си­маль­ной кон­цен­тра­ции всех ре­сур­сов в цен­тре и бо­лее-ме­нее рав­но­мер­ном рас­пре­деле­нии этих ре­сур­сов меж­ду субъ­ек­та­ми фе­дера­ции, го­рода­ми. В ци­вили­зован­ных стра­нах сис­те­ма стро­ит­ся на­обо­рот — сни­зу вверх. Там дос­та­точ­ны­ми фи­нан­со­выми, ад­ми­нис­тра­тив­ны­ми пол­но­мочи­ями об­ла­да­ют ор­га­ны мес­тно­го са­мо­уп­равле­ния, по­том ре­ги­оны, ко­торые фор­ми­ру­ют об­щи­ми ин­те­реса­ми фе­дера­цию. А в на­шей си­ту­ации фе­дера­ция на­вязы­ва­ет­ся свер­ху. Гово­рят, ре­бята, мы ве­ликая стра­на с ус­то­яв­ши­мися гра­ница­ми, по­это­му мы сей­час со всех вас со­берем, сколь­ко мо­жем, а по­том раз­да­дим вам, «всем сес­трам по серь­гам», ис­хо­дя из тех прин­ци­пов, ка­кие мы счи­та­ем пра­виль­ны­ми. А прин­ци­пы эти край­не нес­пра­вед­ли­вые, не­фун­кци­ональ­ные, не­эф­фектив­ные. Нель­зя из од­но­го ок­ру­га вы­нимать 99% до­ходов, ко­торые он по­луча­ет, и по­том раз­ма­зывать их меж­ду ос­таль­ны­ми. Это прос­то неп­ра­виль­но, это за­бива­ет лю­бую мо­тива­цию, лю­бое же­лание жить в та­кой фе­дера­ции у ре­ги­онов, ко­торые за­раба­тыва­ют, и от­нюдь не спо­собс­тву­ют по­яв­ле­нию же­ланий эко­номи­чес­ки раз­ви­вать­ся у ре­ги­онов, ко­торые по­луча­ют фи­нан­со­вую по­мощь из Мос­квы. Зачем го­ловой ду­мать, ра­ботать за­чем, тран­сфер­ты все рав­но по­лучим.

Нель­зя при­менять оди­нако­вый под­ход в та­кой боль­шой и раз­ной стра­не: с раз­ны­ми ре­ги­она­ми, с раз­ным на­ци­ональ­ным сос­та­вом, с раз­ной эко­номи­чес­кой сос­тавля­ющей. Дол­жен быть диф­фе­рен­ци­рован­ный под­ход — диф­фе­рен­ци­рован­ная сис­те­ма взи­мания на­логов и диф­фе­рен­ци­рован­ная сис­те­ма под­дер­жки ре­ги­онов. А си­ту­ация, ког­да 11 ре­ги­онов РФ до кри­зиса обес­пе­чива­ли ос­таль­ные 78, еще и фе­дераль­ный бюд­жет, го­ворит о не­жиз­неспо­соб­ности эко­номи­ки стра­ны.

Не­эф­фектив­ная эко­номи­ка — ре­зуль­тат не­эф­фектив­ной по­лити­ки. Одной из ос­новных по­лити­чес­ких за­дач дол­жно стать из­ме­нение мен­та­лите­та на­рода. Ре­аль­ная (не сырь­евая) эко­номи­ка в Рос­сии по­явит­ся толь­ко пос­ле про­буж­де­ния в мас­сах пред­при­нима­тель­ско­го ду­ха — ос­но­вы эко­номи­чес­кой ак­тивнос­ти. Без этой энер­гии, унич­то­жен­ной за го­ды стро­итель­ства ком­му­низ­ма, ни­како­го воз­рожде­ния не бу­дет. Нуж­но про­паган­ди­ровать пер­со­наль­ную от­ветс­твен­ность че­лове­ка за ка­чес­тво сво­ей жиз­ни. Имен­но в этой ра­боте сос­то­ит от­ветс­твен­ность го­сударс­тва, от­ветс­твен­ность пра­вящих элит пе­ред на­родом, а от­нюдь не в обе­щании ис­полне­ния объ­ек­тивно не­выпол­ни­мых со­ци­аль­ных га­ран­тий. Эти обе­щания пот­ворс­тву­ют иж­ди­вен­ческим нас­тро­ени­ям, по­рож­да­ют не­оп­равдан­ные ожи­дания, поз­во­ля­ют сох­ра­нять ил­лю­зию, что власть все кон­тро­лиру­ет и при­нима­ет единс­твен­но вер­ные ре­шения. Сред­неста­тис­ти­чес­кий граж­да­нин смот­рит по те­леви­зору но­вос­ти и для се­бя де­ла­ет вы­вод, что ему мож­но не нап­ря­гать­ся, спо­кой­но ле­жать на ди­ване и пить пи­во, власть бе­рет на се­бя его проб­ле­мы. Обе­щания на­роду и спус­ка­емые по «вер­ти­кали влас­ти» не­выпол­ни­мые ди­рек­ти­вы по­рож­да­ют лжи­вые от­че­ты. Соз­да­ет­ся вир­ту­аль­ное бла­гопо­лучие. Оно рух­нет, как толь­ко пи­во у граж­да­нина за­кон­чится и ку­пить его бу­дет не на что, по­тому что пред­при­ятие, на ко­тором он по­лусон­но ра­ботал, зар­пла­ту боль­ше не пла­тит.

Пос­мотри­те на се­год­няшних по­луго­лод­ных пен­си­оне­ров. Поче­му власть не объ­яс­ня­ет, что та­кая же участь ждет и тех, кто сей­час на­ходит­ся в тру­дос­по­соб­ном воз­расте? На го­сударс­твен­ную пен­сию рас­счи­тывать нель­зя — это все­го лишь га­ран­ти­рован­ный ми­нимум. Надо ухо­дить от ил­лю­зор­ности со­ци­аль­но­го го­сударс­тва ра­ди спа­сения стра­ны и на­рода.

— И что бы Вы из­ме­нили?

— Я счи­таю, что нуж­но ме­нять по­лити­чес­кую кон­фи­гура­цию: да­вать боль­шую са­мос­то­ятель­ность субъ­ек­там фе­дера­ции, боль­ше са­мос­то­ятель­нос­ти го­родам, ко­неч­но, воз­вра­щать­ся к вы­бор­ности гу­бер­на­торов. Пре­дос­та­вить ад­ми­нис­тра­тив­ные, по­лити­чес­кие, за­коно­датель­ные воз­можнос­ти го­род­ским ад­ми­нис­тра­ци­ям. Пото­му что лю­ди не жи­вут в стра­не, об­ласти — они жи­вут в кон­крет­ном го­роде, хо­дят в кон­крет­ную боль­ни­цу, кон­крет­ную шко­лу, по кон­крет­ным до­рогам ез­дят. А день­ги на все это вы­деля­ет кто-то свер­ху по ка­ким-то сво­им со­об­ра­жени­ям. Это неп­ра­виль­но. Мы дол­жны за­раба­тывать день­ги в го­родах, от­да­вать в ре­ги­оны часть, часть от­да­вать «на об­щее де­ло» в фе­дера­цию, от ко­торой мы впра­ве пот­ре­бовать ре­шения та­ких за­дач, как обес­пе­чение обо­ронос­по­соб­ности, фи­нан­со­вой ус­той­чи­вос­ти, пра­во­ох­ра­нитель­ной де­ятель­нос­ти, спра­вед­ли­вой су­деб­ной сис­те­мы и так да­лее.

Дол­жны быть во­семь­де­сят де­вять мощ­ных ре­ги­онов, ко­торые бу­дут тре­бовать от фе­дера­ции ис­полне­ния не­об­хо­димых фун­кций, от­да­вая для это­го часть сво­их до­ходов. Тог­да мы бу­дем пред­став­лять со­бой ре­аль­ную мощ­ную фе­дера­цию с силь­ны­ми ре­ги­она­ми, свя­зан­ны­ми меж­ду со­бой креп­ки­ми, но гиб­ки­ми свя­зями. А се­год­ня мы на­низа­ны на од­ну пал­ку свер­ху вниз и пред­став­ля­ем со­бой та­кой ко­лосс на гли­няных но­гах, очень жес­ткий, це­мен­ти­рован­ный, но ес­ли трес­нут по не­му, он рас­сыплет­ся, как гли­няный кув­шин. Здесь ни­чего не нуж­но при­думы­вать, нуж­но пос­мотреть на опыт дру­гих стран — тех же США, где в каж­дом шта­те свои за­коны, свои на­логи, у каж­до­го шта­та свои вза­имо­от­но­шения с цен­тром. Или на Швей­ца­рию... И нам нуж­но пос­те­пен­но к это­му при­ходить. Толь­ко так мо­жет про­дол­жить свое су­щес­тво­вание Рос­сия в ее се­год­няшних гра­ницах. Ина­че мы прос­то раз­де­лим­ся, раз­ва­лим­ся на нес­коль­ко час­тей.

— Боль­шинс­тво власть иму­щих и под­держи­ва­ющих сов­ре­мен­ную сис­те­му влас­ти бо­ит­ся, что, на­обо­рот, прев­ра­щение в ре­аль­ную фе­дера­цию при­ведет стра­ну к раз­ва­лу...

— Во­об­ще, че­го-то бо­ять­ся мо­гут толь­ко не­уве­рен­ные в се­бе лю­ди, нес­по­соб­ные что-то де­лать, а спо­соб­ные лишь ложью и на­сили­ем удер­жи­вать си­ту­ацию в рус­ле. И что важ­нее — бла­гопо­лучие каж­до­го в от­дель­нос­ти граж­да­нина стра­ны или фун­кци­они­рова­ние еди­ной и мощ­ной на сло­вах Рос­сии? Хотя в чем ве­личие и мощь — боль­шой воп­рос. Сегод­ня сред­не­му фран­цу­зу, нем­цу, вен­гру в Евро­со­юзе го­раз­до ком­фор­тнее жи­вет­ся, чем сред­не­му рос­си­яни­ну, жи­вуще­му на Даль­нем Вос­то­ке в пре­делах на­шей Роди­ны. Он не мо­жет при­ехать в ев­ро­пей­скую часть, он не мо­жет при­ехать в Сибирь, по­тому что у не­го нет де­нег на би­лет... Не мо­жет от­крыть нор­маль­ный биз­нес. А лю­бой италь­янец мо­жет спо­кой­но по­ехать в Гер­ма­нию, не­мец — в Чехию. По­это­му раз­го­воры о раз­ва­ле «ве­ликой стра­ны» — это оче­ред­ная «пу­гал­ка» тех, кто хо­чет сох­ра­нить сис­те­му «вер­ти­кали влас­ти».

Стра­на раз­ва­лит­ся, по­ка в сис­те­ме уп­равле­ния слиш­ком мно­го лю­дей из со­вет­ско­го вре­мени, с со­вет­ским мен­та­лите­том, ко­торые раз­ва­лили СССР и Рос­сию го­нят по это­му же пу­ти. Не на­до во гла­ву уг­ла ста­вить тер­ри­тори­аль­ную це­лос­тность, на­до ду­мать о на­роде, ко­торый на­селя­ет эту тер­ри­торию. А по­ка мы бу­дем раз­го­вари­вать о тер­ри­тори­аль­ной це­лос­тнос­ти, оп­равды­вая свою нес­по­соб­ность эф­фектив­но уп­равлять, мы так и бу­дем силь­нее и силь­нее ска­тывать­ся к уг­ро­зе ре­аль­но­го раз­ва­ла. Рус­ский на­род дол­го­тер­пе­ни­ем сла­вит­ся, но и ему при­ходит ко­нец. Прос­то не по­нима­ют пред­ста­вите­ли влас­ти, что на са­мом де­ле про­ис­хо­дит в ре­ги­онах.

— Вы кри­тику­ете ны­неш­нюю власть со всем ее уп­равлен­ческим ап­па­ратом...

— Объ­ек­тивнос­ти ра­ди дол­жен от­ме­тить, что за про­шед­шие го­ды сде­лано мно­го нуж­но­го, хо­роше­го и по­лез­но­го. Наша на­ци­ональ­ная тра­диция, от ко­торой то­же на­до из­бавлять­ся, — воз­но­сить­ся, кри­тикуя дру­гого. Общес­тво нас­квозь про­низа­но та­кой фор­мой от­но­шений — от об­ще­ния в бы­ту до пуб­личной по­лити­ки. Мы, то есть на­род, сна­чала пре­воз­но­сим пра­вите­ля, ве­ря, что он ре­шит на­ши проб­ле­мы, по­том ра­зоча­ровы­ва­ем­ся, на этой вол­не по­яв­ля­ет­ся но­вый «ге­рой», ко­торый унич­то­жа­ет в на­ших гла­зах сво­его пред­шес­твен­ни­ка и убеж­да­ет нас в том, что это он сде­ла­ет мир спра­вед­ли­вее, а на­шу жизнь луч­ше. А мы об­ма­нывать­ся ра­ды, пе­рек­ла­дывая на не­го как свои на­деж­ды, так и от­ветс­твен­ность за их ис­полне­ние.

Зам­кну­тый круг, но что­бы из не­го выб­рать­ся, на­до из­ме­нить от­но­шение к влас­ти. Власть, то есть груп­па лю­дей, ко­торым мы до­вери­ли уп­равле­ние тер­ри­тори­ей, не ре­ша­ет на­ших проб­лем — она соз­да­ет ус­ло­вия для то­го, что­бы мы их ре­шали са­ми. Вот об этом мы и дол­жны спра­шивать — о соз­да­нии ус­ло­вий для раз­ви­тия эко­номи­ки, об­ра­зова­ния, куль­ту­ры... Нам на­до учить­ся ува­жать и власть, и друг дру­га, учить­ся конс­трук­тивной кри­тике и сво­бод­но­му об­ме­ну мне­ний, не пре­воз­но­сить, но и не уни­жать.

— И все-та­ки то, что Вы го­вори­те, ЕдРо вос­при­нима­ет как оп­по­зицию. Не бо­итесь выс­ка­зывать та­кие идеи?

— Во-пер­вых, оп­по­зиция — это не враг стра­ны или на­рода. Одно из дос­ти­жений пос­ледних лет (прав­да, схо­дящее пос­те­пен­но на нет) — это воз­можность выс­ка­зывать свое мне­ние пуб­лично, да­же ес­ли оно про­тиво­полож­но офи­ци­аль­ной по­зиции дей­ству­ющей влас­ти.

Во-вто­рых, а че­го я дол­жен бо­ять­ся? Не бо­ять­ся мне поз­во­ля­ет моя не­зави­симость. Пока я не си­жу на ка­ком-то крюч­ке, хо­тя на ме­ня не­од­нократ­но пы­тались за­вес­ти ка­кие-то уго­лов­ные де­ла, но по­ка не по­лучи­лось. Тут важ­на бе­зуп­речность. Ког­да есть, за что за­цепить­ся, че­ловек по­луча­ет­ся очень у­яз­ви­мым, и ему мож­но за­тыкать рот. А мне бо­ять­ся не­чего — я жи­ву в сво­ей стра­не, я тут ро­дил­ся, вы­рос. И я го­ворю сло­вами на­рода. А то, что власть не об­ща­ет­ся с на­родом, то, что нет об­ратной свя­зи... Они са­ми се­бя ого­роди­ли. Это им на­до бо­ять­ся. Да они и бо­ят­ся, и в стра­хе сво­ем де­ла­ют мно­го глу­пос­тей. Поли­тичес­кий тер­рор, по­лити­чес­кие убий­ства опять вер­ну­лись в на­шу жизнь... Но ведь это уже все прой­де­но, по­чему мы за­быва­ем уро­ки ис­то­рии? Сол­же­ницын пи­сал, что на­силие быс­тро ста­ре­ет, нем­но­го лет — и оно уже не уве­рено в се­бе, и что­бы дер­жать­ся, что­бы выг­ля­деть при­лич­но, неп­ре­мен­но вы­зыва­ет се­бе в со­юз­ни­ки Ложь. Ложь и на­силие — путь в ни­куда.

— А, по ва­шему мне­нию, ка­кими дол­жны быть сов­ре­мен­ные уп­равлен­цы?

— Очень важ­ный мо­мент, что­бы на все­воз­можные пос­ты не по­пада­ли лю­ди, ко­торые до чи­нов­ничь­ей ра­боты ни­чего не соз­да­ли, не смог­ли за­рабо­тать дос­та­точ­ное ко­личес­тво де­нег. Гру­бо го­воря, ес­ли у не­го нет квар­ти­ры, ма­шины, ес­ли он не за­рабо­тал ка­кой-то сум­мы де­нег, то нель­зя его под­пускать к влас­ти. Пото­му что не­из­бежно та­кие лю­ди на­чина­ют ре­шать свои ма­тери­аль­ные воп­ро­сы. А ра­ботать во влас­ти на­до за идею: улуч­ше­ния жиз­ни на­рода, воз­рожде­ния Рос­сии, раз­ви­тия род­но­го го­рода... Но за идею го­тов ра­ботать лишь тот, кто ма­тери­аль­но обес­пе­чен. Одна­ко та­ких лю­дей то­же очень ма­ло, по­тому что ус­пешный че­ловек с ра­ци­ональ­ным под­хо­дом спро­сит, за­чем ему это на­до, и пред­почтет, не тра­тя нер­вы, за­раба­тывать свою ко­пей­ку и по­лучать удо­воль­ствие от жиз­ни.

То есть са­мая глав­ная проб­ле­ма у нас кад­ро­вая. Тот, кто мо­жет что-то де­лать, оку­нув­шись в струк­ту­ру влас­ти, ли­бо не вы­дер­жи­ва­ет и ухо­дит, ли­бо на­чина­ет ра­ботать сам на се­бя, пы­та­ясь адап­ти­ровать­ся, ин­тегри­ру­ет­ся в сис­те­му и ис­поль­зу­ет ее для собс­твен­ных нужд.

А по­дав­ля­ющее боль­шинс­тво из тех, кто се­год­ня во влас­ти, еще не по­няло, что пре­неб­ре­жение ин­те­реса­ми дру­гих лю­дей — приз­нак не­даль­но­вид­ности и да­же глу­пос­ти. Как че­лове­ку, ви­дяще­му си­ту­ацию из­нутри, мне страш­но, по­тому что в бли­жай­шем бу­дущем на­шу стра­ну ждут тя­желей­шие ис­пы­тания. А сов­ре­мен­ная бю­рок­ра­тия ни­кого спас­ти не смо­жет. Самое пло­хое, что на­род к это­му не го­тов ни ма­тери­аль­но, ни пси­холо­гичес­ки. В де­вянос­тые мы про­еда­ли со­вет­ское нас­ледс­тво. Сегод­ня у нас ни­чего нет. Не сто­ит упо­вать на то, что це­ны на нефть под­ни­мут­ся и си­ту­ация вы­ров­ня­ет­ся. Я да­же за то, что­бы это­го в бли­жай­шее вре­мя не про­изош­ло. Надо раз­ви­вать ре­аль­ную эко­номи­ку, а про нефть во­об­ще за­быть.

— Чем Вы со­бира­етесь за­нять­ся пос­ле окон­ча­ния сро­ка пол­но­мочий гла­вы го­рода? Пла­ниру­ете ли даль­ше за­нимать­ся по­лити­кой?

— Все за­висит от то­го, как бу­дет раз­ви­вать­ся си­ту­ация. Но я ду­маю, что по­лити­кой я в лю­бом слу­чае так или ина­че бу­ду за­нимать­ся. Прос­то не знаю, в ка­ком ви­де и в ка­ком ста­тусе. Но да­же ес­ли я не бу­ду за­нимать ка­кой-то фор­маль­ной дол­жнос­ти в струк­ту­ре влас­ти, с по­лити­кой, как мне ка­жет­ся, я свя­зан нав­сегда, пос­коль­ку по­нял, ка­кой там бар­дак. И на дан­ный мо­мент не чувс­твую в се­бе пред­по­сылок бро­сить это де­ло, на­обо­рот, мне хо­чет­ся что-то из­ме­нить. А что бу­ду де­лать, не знаю. Воз­можно, я не ос­та­нусь в го­роде до кон­ца сво­его сро­ка, по­тому что сто­ять на од­ном мес­те и бук­со­вать, объ­яс­няя граж­да­нам, что ад­ми­нис­тра­ция го­рода не мо­жет ре­шить их проб­ле­мы, так как это не её пол­но­мочия, а ес­ли её, то нет фи­нан­си­рова­ния, — контрпро­дук­тивно. Денег нас­толь­ко ма­ло, что мы мо­жем толь­ко зар­пла­ту вы­давать, и то с за­дер­жка­ми.

— Тяже­ло пред­ста­вить се­бе, как в се­вер­ном го­роде не мо­жет быть де­нег...

— А не на­до пред­став­лять. Нуж­но от­крыть на­лого­вый, бюд­жетный ко­дек­сы и по­казать на циф­рах, сколь­ко де­нег у нас ос­та­ет­ся от то­го, что за­раба­тыва­ет­ся в го­роде. В Хан­ты-Ман­сий­ском ок­ру­ге ос­та­ет­ся толь­ко один про­цент от всех де­нег, пе­речис­ля­емых в бюд­жет фе­дераль­ный. Мы пе­речис­ли­ли бо­лее двух трил­ли­онов руб­лей в прош­лом го­ду в фе­дераль­ный бюд­жет. А бюд­жет в этом го­ду сна­чала ут­верди­ли на 140 млрд., а те­перь его уре­зали до 70 млрд. 70 млрд. на всю Югру.

То есть вот до че­го до­вела Север «вер­ти­каль влас­ти». Вот все эти «жир­ные» го­ды прос­тые неф­тя­ники жи­ли го­раз­до ху­же, чем в 90-е, ког­да це­на за бар­рель не пре­выша­ла 12$. При­дите ко мне в ка­бинет — у ме­ня го­лод­ные, без­ра­бот­ные лю­ди си­дят каж­дый день. У нас вах­то­вики ста­ли ез­дить в Азер­бай­джан на за­работ­ки. Рань­ше ез­ди­ли к нам на Север ра­ботать, а се­год­ня на­ши се­вер­ные му­жики ез­дят в Азер­бай­джан до­бывать нефть.

— Какие по­жела­ния, по­сылы бу­дут у Вас чи­тате­лям «Полит-гра­моты»?

— Моло­дому по­коле­нию, во-пер­вых, я по­желаю учить­ся, и учить­ся скру­пулез­но. Во-вто­рых, мень­ше ве­рить то­му, что го­ворят, жить сво­им умом. Я за ин­ди­виду­ализм и са­мос­то­ятель­ность. Чело­век дол­жен иметь свое мне­ние. Пусть да­же не­вер­ное, но свое, сфор­ми­рован­ное из раз­ных ис­точни­ков. Ну, и не ве­рить, не бо­ять­ся, не про­сить ни­чего. Пони­мать, что бла­гопо­лучие их жиз­ни на­ходит­ся в их ру­ках, ник­то им не по­может — ни мэр, ни гу­бер­на­тор, ни пре­зидент. Если они са­ми не за­хотят жить так, как счи­та­ют нуж­ным, и ни­чего не сде­ла­ют для се­бя, то жить хо­рошо они не бу­дут. И не си­деть на мес­те, а дей­ство­вать! «Лишь толь­ко тот дос­то­ин счастья и сво­боды, кто каж­дый день идет за них на бой», как го­ворил Гёте.

Оль­га Мяс­ни­кова,
«Полит-гра­мота,
фо­то из лич­ных ар­хи­вов Алек­сан­дра Кузь­ми­на