Пре­зидент Са­акаш­ви­ли одер­жал для пре­зиден­та Мед­ве­дева по­беду над рос­сий­ски­ми си­лови­ками; ес­ли Мед­ве­дев вос­поль­зу­ет­ся пло­дами этой по­беды пра­виль­но, то пос­ледс­твия его по­беды бу­дут зна­чимы не столь­ко для Тби­лиси, сколь­ко для Мос­квы.

Поче­му — над си­лови­ками? Пото­му что я ни­как не мо­гу наз­вать ре­жим в Южной Осе­тии — хо­тя бы се­пара­тист­ским. Кто там, собс­твен­но, се­пара­тис­ты? Началь­ник та­мош­не­го КГБ Ана­толий Бара­нов рань­ше воз­глав­лял ФСБ Мор­до­вии, на­чаль­ник МВД Миха­ил Мин­дза­ев — ап­па­рат МВД Север­ной Осе­тии, ми­нистр обо­роны Васи­лий Лунев был во­ен­ным ко­мис­са­ром Пер­ми, а сек­ре­тарь со­вета Безо­пас­ности Ана­толий Баран­ке­вич — быв­ший за­мес­ти­тель ко­мис­са­ра Став­ро­поль­ско­го края. Кто там осе­тин­ский се­пара­тист в этом пра­витель­стве? Премь­ер Юрий Моро­зов, что ли?

Одна­ко, увы, я так­же не мо­гу наз­вать этот ре­жим про­рос­сий­ским. На­обо­рот, все дей­ствия пре­зиден­та Кокой­ты в пос­леднее вре­мя про­тиво­речи­ли ин­те­ресам Рос­сии на Кав­ка­зе, на­чиная от выс­тавле­ния Рос­сии на по­зор все­му ми­ру, и кон­чая воз­бужде­ни­ем нап­ря­жен­ности в той точ­ке, ко­торая мо­жет Рос­сию раз­ва­лить. Южная Осе­тия — это не тер­ри­тория, не стра­на, не ре­жим — это сов­мес­тное пред­при­ятие че­кист­ских ге­нера­лов и осе­тин­ских бан­ди­тов по ос­во­ению де­нег на борь­бу с Гру­зи­ей.

Собс­твен­но, что пот­ря­са­ет боль­ше все­го в этой ис­то­рии — это от­стутс­твие ка­ких-ли­бо стра­теги­чес­ких це­лей у юж­но­осе­тин­ских влас­тей. Са­акаш­ви­ли и Путин встре­ча­ют­ся в Мос­кве, — а по­том в Южной Осе­тии на вы­борах взры­ва­ет­ся те­леви­зор. Это на­зыва­ет­ся — троц­кизм. Не бы­ло ко­ман­ды, что­бы те­леви­зоры взры­вались.

Рос­сия от­ме­ня­ет вой­ну в Абха­зии, — и тут же воз­раста­ет нап­ря­жен­ность в Южной Осе­тии, из Цхин­ва­ли на­чина­ют обс­тре­ливать гру­зин­ские се­ла, а пос­ле от­ветно­го ог­ня тут же об­ви­ня­ют Гру­зию в аг­рессии. Да ма­ло то­го — на сле­ду­ющий день пос­ле обс­тре­ла пре­зидент Кокой­ты ока­зыва­ет­ся не на пе­ред­нем крае, не в гос­пи­тале, а за ты­сячу ки­ломет­ров тя­желых гор­ных до­рог, в Абха­зии, где он, ви­димо, спе­шит пред­ло­жить рос­сий­ским си­лови­кам свой на­род в за­лож­ни­ки, в ка­чес­тве аль­тер­на­тив­ной пло­щад­ки по наг­не­танию си­ту­ации и ос­во­ению ба­бок.

Еще раз: все дей­ствия Южной Осе­тии не име­ли ни­како­го смыс­ла с точ­ки зре­ния стра­тегии. Они име­ли смысл толь­ко как спо­соб за­раба­тыва­ния де­нег. А день­ги не­малень­кие: толь­ко но­вый га­зоп­ро­вод, пу­щен­ный по го­рам, что­бы снаб­жать га­зом 7 тыс. жи­телей, ес­ли Гру­зия вдруг от­ре­жет им снаб­же­ния, сто­ит 570 млн. дол. А есть еще сек­ретный бюд­жет на борь­бу, — как счи­та­ет­ся, в рай­оне 800 млн. дол. А есть еще пен­сии и зар­пла­ты бюд­жетни­кам, ко­торые вы­писы­ва­ют на 80 тыс. на­селе­ния, хо­тя ре­аль­но в рес­публи­ке жи­вет не боль­ше 30 тыс.

Ког­да нам го­вори­ли об обс­тре­лах Цхин­ва­ли, важ­но пред­став­лять се­бе, что та­кое Цхин­ва­ли. Это не го­род где-то там в се­реди­не рес­публи­ки, ко­торый обс­тре­лива­ют ди­вер­санты. С трех сто­рон Цхин­ва­ли ок­ру­жен гру­зин­ски­ми се­лами, пос­ледний го­род­ской дом — это и есть ук­реплен­ный пункт. Из го­рода стре­ля­ют по гру­зин­ским се­лам, гру­зины в от­вет по­дав­ля­ют ог­не­вые точ­ки. Что­бы гру­зины стре­ляли не по го­роду, дос­та­точ­но бы­ло вы­нес­ти эти са­мые ог­не­вые точ­ки на сто мет­ров впе­ред. Но ос­новной прин­цип тер­ро­рис­тов, из­люблен­ный ООП и «Хез­боллой» в том и зак­лю­ча­ет­ся, что вы ус­тра­ива­ете ог­не­вые точ­ки в мир­ном жилье, а ког­да в от­вет стре­ля­ют по вам, вы ра­дос­тно та­щите тру­пы собс­твен­ных де­тей под те­лека­меры. Тот же прин­цип тер­ро­рис­тов ис­по­ведо­вали Кокой­ты. Если Южная Осе­тия — го­сударс­тво, то тог­да это го­сударс­твен­ный тер­ро­ризм.

Мир­ное не­бо над го­ловой: но не се­год­ня и не зав­тра...

Ког­да нам го­вори­ли об обс­тре­лах «мир­ных жи­телей», важ­но по­нимать, что в Южной Осе­тии мир­ных жи­телей сей­час ров­но столь­ко же, сколь­ко в па­лес­тин­ских ла­герях бе­жен­цев. Южная Осе­тия, как и Орга­низа­ция ос­во­бож­де­ния Палес­ти­ны, — это не го­сударс­тво, не эт­нос, не тер­ри­тория, — это осо­бая фор­ма па­раго­сударс­тва, где жи­тели прев­ра­щены в во­ени­зиро­ван­ных бе­жен­цев. Это ква­зивой­ско, ру­ково­дитель ко­торо­го не мо­жет поз­во­лить сво­им под­данным за­нимать­ся ни­чем, кро­ме вой­ны, ко­торая де­ла­ет его власть аб­со­лют­ной, а день­ги, име­ющи­еся в его рас­по­ряже­нии — бес­кон­троль­ны­ми; и где ис­те­рия за­мор­до­ван­но­го на­селе­ния яв­ля­ет­ся глав­ным спо­собом по­пол­не­ния лич­ных сче­тов.

Но бо­лее все­го пот­ря­са­ет то, что ру­ково­дите­ли это­го сов­мес­тно­го пред­при­ятия — нес­мотря на все свои кри­ки, су­дя по все­му, не го­тови­лись к вой­не и ока­зались аб­со­лют­но бес­по­мощ­ны. При пер­вых приз­на­ках на­силь­ствен­но­го бан­кротс­тва ген­ди­рек­тор пред­при­ятия поп­росту уд­рал из Цхин­ва­ли. Меня аб­со­лют­но пот­рясло ноч­ное из­вестие о том, что рос­сий­ские жур­на­лис­ты си­дят, мол, в до­ме Пра­витель­ства, а там от­стуству­ют бом­бо­убе­жища. Это что, зна­чит? Все день­ги, ко­торые от­пуска­лись на­шему СП, шли на Руб­левку? Кри­чали-кри­чали «вол­ки, вол­ки», и да­же са­рая для овец не мог­ли пос­тро­ить?

Гру­зия в лю­бом слу­чае вы­иг­ра­ет этот кон­фликт по од­ной прос­той при­чине: у Гру­зии в нем есть яс­ная стра­теги­чес­кая цель. У рос­сий­ских си­лови­ков та­кой це­ли не ока­залось. Более то­го, вы­яс­ни­лось, что вся эта пуб­ли­ка, ко­торая го­раз­да бан­кро­тить за­воды и кош­ма­рить биз­нес, — в стол­кно­вении с нас­то­ящей ар­ми­ей дра­па­ет без ог­лядки и все, что мо­жет — это жа­ловать­ся в ООН. При стол­кно­вении рос­сий­ских си­лови­ков с гру­зин­ски­ми вой­ска­ми по­лучи­лось то­же, что у ара­бов с Изра­илем.

Похо­же, на­ши си­лови­ки ис­крен­не по­лага­ли, что вой­на — это вранье. Бес­ко­неч­ное вранье о «бес­при­чин­ных обс­тре­лах», о ра­неных «мир­ных жи­телях», ко­торых по­казы­ва­ют тут же, на фо­тог­ра­фии, в ка­муля­же. Они не от­выкли от это­го и сей­час: че­го сто­ит хо­тя бы за­яв­ле­ние о гру­зин­ских са­моле­тах, ночью раз­бомбив­ших ко­лон­ну с гу­мани­тар­ной по­мощью, шед­шую от Рок­ско­го тон­не­ля. Пока­жите мне то­го ге­нера­ла — Моро­зова, Баран­ке­вича или Бара­нова, — ко­торый рас­по­рядил­ся в эту ночь, ког­да пос­ле объ­яв­ленно­го Са­акаш­ви­ли мо­рато­рия из Рос­сии в Цхин­ва­ли пош­ли тан­ки и тя­желая тех­ни­ка, — по­кажи­те мне то­го ге­нера­ла, ко­торый еще стал за­бивать до­рогу гу­мани­тар­ной ко­лон­ной. Если он это сде­лал, его на­до как ми­нимум раз­жа­ловать в ря­довые за глу­пость. Наши си­лови­ки по­лага­ли, что вой­ну вы­иг­ры­ва­ет тот, кто боль­ше врет. Са­акаш­ви­ли по­лагал, что вой­ну вы­иг­ры­ва­ет тот, кто ее вы­иг­ры­ва­ет.

Пос­ледние со­бытия по­каза­ли, что Рос­сия не кон­тро­лиро­вала то, что де­ла­ет Кокой­ты. Гру­зин­ский ми­нистр по уре­гули­рова­нию кон­флик­тов Тимур Яко­баш­ви­ли при­ехал в Цхин­ва­ли на пе­рего­воры, и рос­сий­ский МИД сде­лал все, что­бы эти пе­рего­ворые обес­пе­чить — а Кокой­ты поп­росту у­ехал из Цхин­ва­ли. Са­акаш­ви­ли объ­явил об од­носто­рон­нем прек­ра­щении ог­ня — в от­вет, для под­держа­ния кре­дитос­по­соб­ности пред­при­ятия, был от­крыт огонь по Тама­раше­ни и При­си. Будем на­де­ят­ся, что Гру­зия раз­гля­дела точ­но, что часть Крем­ля, как ми­нимум, не со­бира­ет­ся под­держи­вать Кокой­ты. Мож­но под­держи­вать со­юз­ни­ка, мож­но со­дер­жать ма­ри­онет­ку. Нель­зя под­держи­вать сов­мес­тное пред­при­ятие по вы­качи­ванию ба­бок из рос­сий­ско­го бюд­же­та пу­тем под­жи­гания Кав­ка­за.

Еще раз: пре­зидент Са­акаш­ви­ли обан­кро­тил для Рос­сии сов­мес­тное пред­при­ятие лу­бян­ских че­кис­тов и осе­тин­ских бан­ди­тов. Ника­ких ин­те­ресов Рос­сии в этом пред­при­ятии не бы­ло. Инте­ресы это­го пред­при­ятия име­ли к ин­те­ресам Рос­сии не боль­шее от­но­шение, чем ин­те­ресы ра­ковой опу­холи — к ин­те­ресам ор­га­низ­ма. Мы мо­жем лишь поб­ла­года­рить пре­зиден­та Са­акаш­ви­ли за се­анс хи­ми­оте­рапии.

Оче­вид­но, что в сло­жив­шей­ся си­ту­ации са­мый глав­ный воп­рос — это сле­ду­ющий: что бу­дет де­лать Рос­сия. У Рос­сии есть два ва­ри­ан­та. Один — это ввя­зать­ся в вой­ну, тем са­мым де­лая ров­но то, что до­бива­лись пос­ледние нес­коль­ко ме­сяцев рос­сий­ские си­лови­ки. Совер­шенно при этом не­важ­но, кто эту вой­ну вы­иг­ра­ет, и ка­кие при этом бу­дут жер­твы. Сам факт та­кой вой­ны оз­на­ча­ет, что кон­троль над Рос­си­ей сох­ра­нят си­лови­ки. Спец­служ­бы и Путин. Сило­викам да­же вы­годен по­зор Рос­сии: в та­ком слу­чае кри­ку, ис­те­рики и де­нег бу­дет боль­ше. Вто­рой ва­ри­ант, — это шанс для пре­зиден­та Мед­ве­дева и для Рос­сии. Нев­ме­шатель­ство Рос­сии в вой­ну — это по­раже­ние си­лови­ков. А воз­можно, и бан­кротс­тво го­лов­но­го офи­са на Лубян­ке — ведь юж­но­осе­тин­ское пред­при­ятие бы­ло лишь фи­ли­алом.

Юлия Латы­нина,
«Ежед­невный жур­нал»
Фото — http://ossetians.com