Юристы, чекисты, писатели и одна вдова
3 августа исполнится год со дня смерти Александра Исаевича Солженицына. Год назад в своей колонке я сожалел, что в России, похоже, не осталось того человека, который может встретиться с президентом и что-нибудь ему посоветовать. Вчера премьер-министр повидался с вдовой писателя.
У Натальи Солженицыной и Владимира Путина состоялся занятный диалог:
— Через несколько дней исполнится ровно год, как с нами нет Александра Исаевича, — сказал Путин. — И я бы хотел вернуться к тому, о чем мы с вами тогда говорили: об изучении, о пропаганде его творчества.
— Скорее уж об изучении, а не о пропаганде,- парировала вдова.
— Об изучении, о пропаганде литературного наследия,- премьер-министр явно настаивал на своём.
Наталью Солженицыну понять можно — она боится, что введение в школьную программу «Архипелага ГУЛАГа» может вызвать протест: «Разумно ввести несколько уроков, два-три… Этого достаточно, чтобы зажечь сердце. У кого зажжется, тот продолжит читать…»
Но про зажженные сердца — явно не к Путину. Он готов просто дать указание — у нас ведь в РФ так легко без всякого обсуждения в обществе перелопатить школьную программу. Но ведь надо учитывать, что принудительное изучение «Архипелага…» может вызвать только отторжение у потенциальных читателей. На моём курсе в университете все три тома осилил лишь один человек. Осилил и иначе стал относиться к такому понятию, как чекист. Бывший чекист (здесь я должен написать стародавнюю и банальную истину о том, что бывших чекистов не бывает), глубоко уважающий «менеджера» Сталина, недаром употребляет слово «пропаганда».
Путин не раз встречался с писателем, но разве идеи последнего о развитии местного самоуправления, его критика партийного парламентаризма нашли отражения в действиях правительства? Не нашли и не находят. Разве пожелания вдовы писателя не станут всего лишь пожеланиями? Тогда получается, что подобные встречи — всего лишь пиар премьер-министра, сродни его встрече с байкерами, или просто объяснимы желанием помешать хотя бы «Арихипелагу…» помочь прояснить, что такое ГУЛАГ и 58-я статья.
В России не осталось того человека, который может встретиться с президентом и что-нибудь ему посоветовать. Даже если этот человек советует, его советы игнорируются. Прилюдно.
«Нравственное начало должно стоять выше, чем юридическое», — писал Солженицын…
Егор Королёв,
«Полит-грамота»
