Иметь собственное мнение на политику, отслеживать события каждого дня, проводить исследования, вести лекции в университете, писать статьи и книги, заниматься физикой, а потом сразу социологией, вспоминать о школьной влюбленности и отвечать на наши вопросы… Сегодня в рубрике «Персона» профессор Дмитрий Гавра.

— Дмитрий Петрович, прокомментируйте ситуацию с грядущими думскими выборами.

— В принципе, все ясно. Тройка основных: «Единая Россия», «КПРФ», «Справедливая Россия» — наберет около 14%, и, видимо, ЛДПР. Не вижу шансов у «Яблока», не вижу шансов у правых. Хотя если президент решит сделать политическое завещание о том, что надо правых поберечь, то таким способом у них есть возможность набрать нужные семь процентов. Какие-нибудь мягкие «патриоты», всякие «великие россии» покамест не просматриваются, если, конечно, это не будет очередным кремлевским проектом типа «Родины».

— Насколько, с Вашей точки зрения, долговечно новое партийное образование «Великая Россия»?

— Рогозин не договороспособен, но он молод и обучаем, так что пусть правит. И если там появится какой-нибудь циничный прагматик, то почему нет? Конструкция «Великой России» обречена на то, чтобы быть в той или иной ситуации контрповоротной, использоваться в той или иной смеси.

— Возможно ли для «Яблока» поправить свою ситуацию в связи историей «Маршей несогласных»?

— Электоральной ниши для партий типа «Яблока» нет. Тут присутствует противоестественная смесь агрессивной риторики оппозиционеров и рассуждения нормальной части интеллигенции. Семь процентов для них — недостижимая величина. В регионах это особенно ощущается. Даже при условии, что их допустили бы к выборам в ЗАКС, они не сумели бы набрать семи процентов. Только если бы появился мученик. Нам, к слову, очень повезло, что на «Маршах несогласных» не пролилась кровь. Такие люди, как Гуляев, приглашают к тому, чтобы брать на «марши» детей: он брал свою дочь на эти мероприятия, которая видела, как ее отца били дубинками. И я бы назвал его бесноватым. Главная цель оппозиции на данный момент — чтобы на «марше» пролилась кровь. И если это случится, то последствия могут быть самыми разными. Любая кровь — это мученик, создающий ореол, который так необходим оппозиции. А призывы приходить с детьми вообще не входят в рамки демократических понятий — это за границами добра и зла. Если же продолжать речь о возможных последствиях «маршей», то могу сказать, что президента пытаются скомпрометировать. Ему, кроме Чечни, нечего поставить в вину на будущем трибунале истории. Ситуации с Литвиненко и Политковской рассматривать не следует — все-таки они сильно опосредованы.

— Последний вопрос о политике. Насколько вероятен третий срок президента? Кто мог бы быть преемником по-вашему?

— Сейчас президента всячески пытаются подтолкнуть к тому, чтобы он остался у власти. Но психологически он готов к тому, чтобы уйти со своего поста. Я рассматриваю «Марши несогласных» как попытки подвинуть президента к решению остаться у руля. Как известно, капитан не имеет права покидать тонущий корабль. Таким образом, вариант с третьим сроком был бы жестким, мягким — избрание преемника президента, которым мог бы быть человек скорее второго либо третьего ряда, нежели Медведев либо Иванов.

— Какое независимое исследование хотели бы провести Вы?

— На самом деле, на все исследования, которые мне бы хотелось провести, мне выделяют средства — здесь я могу назвать себя счастливым человеком. Если удастся, совместно с учеными из Дании, Германии, Эстонии, Польши, Литвы и, разумеется, России, мы сделаем ментальную карту Европы. Мы попытаемся посмотреть на то, каким образом те страны, которые воевали между собой, которые находятся в очень сложных отношениях — исторических, культурных, эмоциональных, ментальных — договариваются между собой. Это было бы очень интересное исследование.

— Женщины во власти… Как Вам последняя тенденция в мировой политике?

— Считаю, что женщина во главе нашего государства (я говорю о Валентине Матвиенко) могла бы быть неплохим президентом. Она радеет за свой город, и ее паника накануне «маршей» вполне объяснима. Валентина Ивановна защищает свой город, как защищала свою страну Маргарет Тэтчер. Последняя закрывала шахты, чтобы спасти шахтеров. Кстати, если бы у власти была она, оппозицию разгоняли бы на порядок жестче.

БЛИЦ о любимом

Книга — «Мифы Древней Греции»

Место — Коломна

Фильм — «Последнее танго в Париже»

Беседовала Дарья Борзова,
фото — Дмитрий Жаворонков,
Полит-грамота