Ну наконец-то! Свершилось! Страна вновь получила правительство! А то уж как-то задрожала, заходила ходуном экономика и социалка, оборонка и прочая бессмысленная промышленность без министров. Теперь-то уж заживем!

Зажили же старый министр промышленности и энергетики Виктор Христенко и новый министр Татьяна Голикова, после того как Христенко к ней от жены и троих детей ушел. И мы заживем! А Христенко тем временем будет приходить вечером домой и говорить:

— Дорогая министр! Давай-ка ты мне чего-нибудь пожрать! Устал как собака на министерском посту сегодня, А она ему:

— Не могу, дорогой министр! Сама устала, да и бюджет семейный на месяц у нас кончился.

Голикова говорят бюджет наизусть знает. Бедный Христенко… Заначки даже не сделать по-человечески…

Впрочем есть у нас среди министров еще более несчастный человек — министр обороны, заслуженный военный, бывший директор мебельного магазина Анатолий Сердюков. Он вот ни в какую не хотел работать под руководством своего тестя. Вот ни в какую. А тесть, понимаешь, взял и стал премьер-министром. Сердюков написал рапорт Верховному Главнокомандующему: не могу, дескать, товарищ полковник, семейственность — зло. Избавьте от бесчестия…

Нет, — говорит Главкомверх, — не могу без тебя! Куда ж у нас министерство обороны без такого специалиста? Загнется, захиреет! Работай с тестем! Перешагни через свои принципы ради блага Родины!

Выходит, значит, Сердюков от высшего начальства, весь в печали, и думает: может харакири сделать? Как же я, министр обороны, могу такой позор вынести? С другой стороны — а как же там родной мебельный магазин без меня? Да и Минобороны тоже надо держать на плаву. Все-таки из рук самого Сергея Иванова получил! Он уж его развивал-развивал, а я теперь харакири? Не-е-е, так дело не пойдет! Да и блины теща делает шикарные…

И придет он вечером после тяжелого дня с женой к ее родителям, сядут они за стол, нальют по рюмашке для аппетита, и скажет зять: Ну, папа, вздрогнем! И вздрогнут они, и скажет тесть:

— Ну, Толик, как там дела в министерстве? Хреново? Денег хочешь? Ты к Кудрину иди, он министр финансов. А я тут так, и.о. Вини-Пуха. Винни уволили, теперь я вот буду создавать видимость наличия в стране премьер-министра…

Тем временем, в темной пивнушке где-то на Чистых Прудах горько пьют г-н Яковлев и г-н Зурабов. Яковлев непонятно как до сих пор обретавшийся в должности министра (почти личный враг Гаранта все-таки! Таких обычно в Краснокаменск, а Яковлев ничего — жив, свободен) выпивает из-за того, что он за все время на посту министра не удосужился сделать хоть что-то. А Зурабов наоборот — слишком много наворотил…

Герман Греф, также лишившийся своего поста и портфеля, не пил. Он сидел, бизнес-планы строил. Все-таки в бытность министром постоянно признавался самым бедным из всего кабинета. Так жить дальше нельзя…

А в Кремле горело только одно маленькое окошечко. Там никто не пил. Там сидел Он. Лабрадор Кони приносила папки с данными прослушки всех министров, расписание на неделю, тапочки и бутерброды с чаем. Кроме нее Он уже никому не доверял. Она преемником точно быть не хочет — Что там у нас завтра? Подлянка — 2 штуки, афоризмы — 2 штуки, намекнуть на очередного преемника — 1 раз (ненавязчиво, но понятно). На Козака видимо придется… Или над Яковлевым поиздеваться? Кони, ты как считаешь? Кони была занята — разговаривала по телефону — и ничего не ответила. Гарант устало покачал головой и сказал: — Ну, хоть народ отставкой повеселил немного. Не все ж время «Аншлаг» да «Аншлаг»…

Николай Потатуев,
Полит-грамота